WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 ||

«ВАсИлИй ИВАНоВИч Мороз Победы и Поражения Рассказы дРузей, коллег, учеников и его самого МосКВА УДК 52(024) ISBN 978-5-00015-001ББК В 60д В Василий Иванович Мороз. Победы и поражения. ...»

-- [ Страница 18 ] --

После перехода В. И. в  ИКИ АН сссР в  ГАИШ осталась крепкая группа наблюдателей, которая до  сих пор продолжает развивать наземную ИК-астрономию уже в  России. Комплекс ИК-аппаратуры за последующие годы был существенно усовершенствован и  в настоящее время не  уступает зарубежным аналогам и  является единственным на просторах сНГ. В  ГАИШ под явным и  неявным руководством В. И. по  темам ИК-астрономии защищены четыре кандидатские и  две докторские диссертации и  несколько десятков курсовых и  дипломных работ. На новой Кисловодской обсерватории МГУ (ГАИШ) предусмотрена современная аппаратура для ИК-наблюдений, и  есть молодые астрофизики, готовые и  дальше двигать направление, заложенное много лет назад Василием Ивановичем.

личное Теперь, оглядываясь на несколько десятилетий назад, я  могу вполне определённо сказать, что в начале моего самостоятельного пути по жизни (в науке, в том числе) мой путь определили всего несколько человек, в  их числе и  Василий Иванович Мороз. Это было невероятное везение, что в  юности именно с  таким замечательным человеком и  настоящим учёным (тогда ещё совсем молодым) свела меня жизнь.

Дух демократии, который в  то время царил в  отделе радиоастрономии ГАИШ, выравнивал отношения студента и  профессора, ученика и  учителя и  позволял им свободно общаться между собой. Разница в  возрасте моём и  моих опекунов-учителей не  превышала 10  лет, однако они для меня всегда были Учителями и  в университетские годы, и  многие годы после.

Моё первое знакомство с  Василием Ивановичем состоялось осенью 1956 года. Я училась на втором курсе астрономического отделения мехмата. Учёба первые два года происходила без всякой астрономии, только математика, физика, механика и  т. д. Я  узнала, что есть ГАИШ, где существуют астрономы, и, стесняясь всего и  вся, пошла туда  — посмотреть.

Увидела на доске объявлений предложения по  темам курсовых, среди которых была примерно такая: ДИФФЕРЕНЦИАлЬНЫй УсИлИТЕлЬ ПосТоЯННоГо ТоКА  — и  написано, что обращаться нужно к  Григорьевой Наталье Борисовне. В  школе мне нравилась всякая техника и  радиотехника, я  пошла к  Н. Б., сказала ей, что хочу такую вот курсовую. Училась я  на втором курсе, и  Наталья Борисовна отказала мне, объяснив, что курсовые начинаются с  третьего курса. Заметив моё ужасное разочарование, сжалилась и повела меня в комнату 18 (цокольный этаж, где моё рабочее место до сих пор), в которой было несколько человек. обращаясь к одному из них, Н. Б. сказала: «Вот, Василий Иванович, к вам студентка».  — Василий Иванович, такой совсем рыжий и  на вид очень добрый, покраснел и сказал: «Можно просто, Вася».

остальные ребята в  комнате были: Петя (Пётр Владимирович Щеглов) и  Дима (Владимир Гдальевич Курт). Так как курсовую работу мне делать было ещё рано, В. И. принёс довольно большую железную коробку, снаружи было много ручек, а  внутри проводов, электронных ламп, сопротивлений, ёмкостей и  т.д. и  сказал: «Это, кажется, усилитель. Нужно нарисовать его схему и  чтобы он заработал». По-моему, это была часть какого-то немецкого прибора (возможно, трофейного). До  конца второго курса я  рисовала схему. Впоследствии этот агрегат использовался на астрономическом практикуме, в задачах, связанных с ИК-астрономией.

Затем были курсовая у Васи (3-й курс) и у Пети (4-й курс). Для написания дипломной работы меня направили в Институт физики атмосферы в руки ещё одного замечательного человека и учёного Юрия Ильича Гальперина (Юры), под чьим руководством я написала дипломную работу «Фотометрия полярных сияний». После окончания университета получила распределение в ИФА АН сссР под начало Валериана Ивановича Красовского (Звенигородская научная станция) и  Надежды Ивановны Фёдоровой (Научная станция в лопарской).

Курсовые, диплом, не все они были конкретно под руководством В. И., но всегда под его присмотром.

В  1966  году после работы в  течение нескольких лет в  ИФА мне очень захотелось домой, в  ГАИШ. Я  видела для этого один путь  — аспирантуру и, конечно, у  В. И.  Мороза, который к  тому времени уже стал доктором. По  совету В. И. в  ИФА я  занималась свечением ночного неба и  полярных сияний в  ИК-диапазоне. В  аспирантуре это стало темой моей кандидатской. После защиты Василий Иванович предложил мне заняться ИК-спектрами планет, однако через несколько лет, после запусков КА к  Марсу, он сказал: «На этом наземная планетная астрономия закончилась».

Примерно с  середины 1980-х  годов группой из четырёх человек начались и  продолжаются до  настоящего времени исследования галактических и внегалактических объектов в ИК-диапазоне.





Всего в списке более трёхсот объектов, для которых получены уникальные многолетние ряды ИК-фотометрии. Результаты их анализа опубликованы в  многочисленных статьях престижных российских и зарубежных журналов. В. И. всегда с  большим интересом относился к  этому направлению и, изредка наезжая на Крымскую станцию, любил ночью понаблюдать с нами. Последний такой визит произошёл в январе 1986 года, когда мы наблюдали комету Галлея. В  это время на станции днём было плюс 20  градусов, что стало многолетним рекордом.

За годы работы вблизи В. И. в памяти сохранилось много ярких воспоминаний, а эти записи — просто канва, каждую строчку которой можно развернуть в отдельную главу, интересную лишь автору.

В. и. Мороз на южной станции ГаиШ Г. А. Пономарёва (Манова), ГАИШ В  1958  году вступила в  строй первая очередь Южной наблюдательной станции ГАИШ, расположенной в горном Крыму по соседству с Крымской астрофизической обсерваторией АН сссР. В зимний сезон 1958/1959 годов на станции работали два телескопа: 40-сантиметровый астрограф и  50-сантиметровый телескоп системы Максутова. станция только-только обживалась. Помимо двух павильонов с  телескопами был построен четырёхквартирный финский домик, где жили наблюдатели. В  это же время началось строительство башни для большого 125-см рефлектора ЗТЭ (зеркального телескопа Энгельгардта), на котором впоследствии развернулись наблюдения в  ИК-области спектра В. И.  Мороза (тогда сотрудника ГАИШ). Телескоп был построен по техническому заданию Казанской обсерватории и затем передан в ГАИШ. На нём должен был работать Э. А. Дибай, аспирант директора ГАИШ Д. Я. Мартынова. Впоследствии он стал начальником Южной станции ГАИШ. Крымская обсерватория тогда только начала функционировать. Башни с телескопами уже работали, а жилые домики ещё не были готовы. Я работала на максутовском телескопе  — фотографировала группу переменных звёзд с  эмиссионными линиями. Думая об этом времени, я вспоминаю одинокие домики в поле, снег, ясное небо, длинные ночи, днём работа в темпе, подготовка к ночным наблюдениям, встречи с Васей, тоже занятым подготовкой к наблюдениям. Настроение хорошее, на ходу перебрасываемся шутками.

В. И. Мороз на платформе у телескопа

Зимой 1958/1959  годов Вася приехал наблюдать на 122-см рефлекторе Цейса Крымской обсерватории. Его руководитель И. с.  Шкловский попросил Васю измерить ИК-поток от  Крабовидной туманности, чтобы поставить промежуточную точку на её спектре и ещё раз подтвердить свою гипотезу о  синхротронном излучении как механизме, объясняющем его происхождение от видимой области до радиодиапазона. Вася приступил к  наблюдениям, а  для жилья воспользовался близкой к  КрАо станцией ГАИШ. По  воскресениям столовая в  КрАо не  работала, и  мы с  Юлей Дибай, женой Эрика Дибая, приглашали Васю пообедать с нами. Юля была отличным кулинаром. Под её руководством однажды мы налепили миску очень вкусных пельменей. И, к  общему восторгу, съели всю миску. Юля сокрушалась: «мы лепили больше двух часов, а съели всё, можно сказать, моментально».

В  1963  году состоялось противостояние Марса, такое событие нельзя было пропустить, и  все сотрудники  — от  астрофизиков до  астрометристов  — бросились наблюдать это явление. собралась весёлая увлечённая группа, работавшая дружно и согласованно. Вася говорил, что это его вторая встреча с  Марсом. Первая произошла в  1956  году. они с  Андреем Харитоновым наблюдали Марс во время Великого противостояния с 50-см рефлектором Герца и следили, как на Марсе развивается пылевая буря. Тогда это были фотоэлектрические наблюдения в видимой области спектра отдельных деталей на диске планеты.

В 1963 году Вася работал на 125-см телескопе ЗТЭ, был вооружён двумя спектрометрами  — призменным и  дифракционным  — и  получил очень важные и интересные результаты.

Это было замечательное время. Всё для нас было впереди. В моей памяти Вася сохранился как очень жизнерадостный, увлечённый исследованиями, коммуникабельный человек.



с В. и. МорозоМ Мы дружили Всю жизнь Т. А. Лозинская, профессор, ГАИШ МГУ с  Василием Ивановичем Морозом мы дружили, сейчас кажется  — всю жизнь, дружили и на работе, и дома. И навсегда в памяти всех моих близких он остался как очень яркий, весёлый, активный, бурный в своих реакциях, отзывчивый и надёжный человек.

Василий Иванович был руководителем моей первой курсовой работы, и  как-то раз дал схему блока питания для ЭоП (электронно-оптического преобразователя) и  поручил его спаять. Но когда мой соученик и  будущий муж Боря, посмотрев на схему, сказал «не вздумай!» и  дал более «продвинутую», Вася не возражал. Кстати, Вася преподал мне один из полезнейших «производственных» уроков, которому я  следую до  сих пор.

В мастерской ГАИШ сделали установку для моей аппаратуры (интерферометр Фабри-Перо с ЭоП), с которой я потом долго наблюдала на 125-см и 50-см рефлекторах Крымской станции ГАИШ. После первого же наблюдательного сезона, убедившись, что всё работает отлично, я  попросила переслать мне аппаратуру с машиной обратно в Москву. «Зачем это?», — спросил присутствовавший при разговоре Вася (наши рабочие столы в отделе радиоастрономии ГАИШ стояли рядом). На мой ответ: «Покрашу и приведу в более приличный вид», Вася воскликнул: «Ни в коем случае!

сразу что-нибудь случится, аппаратура перестанет работать».

о  той же аппаратуре. Интерферометр должен работать при постоянной температуре, у  меня была предусмотрена +20  °с, и  специальная система подогрева это отслеживала. А  тут вдруг в  Крыму стало очень жарко, и я с вечера начала канючить, что выделенная мне наблюдательная ночь пропадает. «Не пропадёт», — сказал Вася, перетащил на башню телескопа предназначенный для своей установки тяжеленный баллон с жидким азотом и  мгновенно организовал охлаждение. Вечером я  начала юстировку аппаратуры и вдруг из носика баллона пошёл огонь! У меня была одна только мысль: телескоп загорится, и я (откуда только силы взялись?) по полу выволокла горящий баллон на ступеньки башни и спихнула его на землю. Из окна лаборатории это увидел молодой сотрудник Васи, Николай Парфентьев, выскочил через окно и  потушил баллон. (Похвастаюсь: после этого он сказал: «А я пошёл бы с ней в разведку!») Про инцидент мы с  Васей тогда решили начальнику станции и  никому вообще не рассказывать.

Много лет мы вместе ездили отдыхать. После того как перестали ходить в  длинные байдарочные походы, мы большой компанией в  середине 1960-х годов стали ездить с теми же байдарками на Валдайские озёра, где и жили весь отпуск на берегу или на острове. Первый такой совместный с  Васей выезд не  получился по  смешной причине. Мы стояли на озере Пирос, Вася с Ростиком Ирошниковым (мой однокурсник, потом наш сослуживец по  ГАИШ) плыли по  этому озеру на байдарке и  должны были к нам заехать. Мы постарались подготовиться к их приезду: соорудили из срубленных и  очищенных от  коры осин огромную мачту, сверху в  качестве флага повесили чью-то косынку и ждали их, в полной уверенности, что уж такой знак они заметят наверняка. они, разумеется, заметили издалека и палатки увидели, но проплыли мимо, решив, что это чей-то официальный лагерь: не могли же мы за неделю такое построить, да и зачем это нам!

Больше всего отпусков мы провели на озере Ужин, ездили туда все вместе, большой компанией, с  детьми разного возраста, по  крайней мере, лет пять-шесть в одно и то же место на маленький остров в центре озера.

Добирались поездом до озера Валдай, собирали байдарки, плыли по Валдаю до  озера Ужин и  жили там, на острове, весь отпуск. Компания слегка варьировалась, Вася был с  нами много раз, иногда со второй женой Ириной Глушневой и её сыном Валерой. Двое наших мужчин (сотрудники Васи Аурик Наджип и Андрюша Репин) ловили рыбу; мой муж Боря и три Васи (Вася Мороз, наш «друг дома» Вася чурмантеев и наш сын Вася) занимались дровами, костром и  непрерывно обустраивали лагерь.

Женщины собирали грибы, ягоды, готовили еду, пасли мелких детей. За эти несколько лет мы построили сначала большой стол со скамейкой, на следующий год решили, что слишком много мелких детей за столом и пристроили вплотную к нему детский столик со скамеечкой, потом большой тент от  дождя. Разумеется, вечерами, да и  днём, часто сидели с  гитарой все рядком на огромном бревне у костра и смотрели на озеро. Потом для полного кайфа пристроили спинку к этому бревну: большую гладкую белую доску.

Это место на Пиросе стало для нас «историческим». однажды шёл дождь, все мы собрались под тентом, дети резвились рядом, кто-то сказал «Дети совсем бешеные стали». семилетняя девочка затеяла игру с двумя мальчишками помладше. «Давайте играть в  парад на Красной площади»,  — сказала она мальчишкам. — «Я буду стоять на мавзолее и что я ни скажу, вы громко кричите „ура“!!!» она прокричала у  нас над ухом все советские лозунги, начиная с «Да здравствует великий советский народ!», «Да здравствует советская армия!»  — на всё следовало громкое «Ура!!!» Все известные ей лозунги кончились, она на несколько секунд задумалась, и закричала: «Да здравствуют советские Бешеные дети!» — последовало «Ура!!!» мальчиков и наш радостный смех. И в тот же вечер началось. Вася и  другие мужчины по-очереди, раскалив докрасна на костре огромный гвоздь, медленно и  терпеливо, несколько дней подряд выжигали буквы БЕШЕНЫЕ ДЕТИ на белой доске — спинке к бревну, которая смотрела на озеро. Размер букв был не менее 10 см, надпись с воды была видна издалека. со временем мы ездить на Ужин перестали, но спустя несколько лет двое из нашей компании поехали туда без байдарки и на озере Пирос начали объяснять местному рыбаку, куда их нужно переправить на лодке.

«Да понял я, понял», — сказал тот, — «вам на „БЕШЕНЫЕ ДЕТИ“ надо». Когда мы об этом узнали, реакция Васи была бурной: «Ребята, мы с вами вошли в историю!» Немного поспорили: вошли в историю или в географию — и точку, как всегда, поставил Вася: «вошли в историю с географией!»

Ещё один походный эпизод из жизни на том же озере, который мнезапомнился.

Мы с Наташей, молодой женой Васи чурмантеева, затеяли испечь на костре пирожки с  черникой, благо её вокруг было много. Вечером был сделан специальный костёр для жарки на углях, мы вдвоём прямо у костра быстро лепили и  жарили пирожки, стало совсем темно, мы почти закончили, но вдруг начинка кончилась. «Нет проблем», — сказала я Наташе, — «здесь рядом за деревьями маленький черничник, пойдём ещё подсоберём» и мы ушли, никому ничего не сказав. Были рядом и слышали, что происходит в лагере. Первым забеспокоился муж Наташи: «Наши бабы пропали!» «Может, просто в  кустики пошли»,  — предположил ктото. Тут послышался мрачный голос Васи Мороза: «Для „в кустики пошли“ слишком долго, они уже давно ушли». Мой муж, с которым мы прожили вместе долгую жизнь, спокойно сказал: «Да у них наверняка черника кончилась, они и пошли за ягодами». Тут мы рассмеялись и нас услышали.

Когда Вася купил машину, он очень рад был кого-нибудь куда-нибудь подвезти. Первый выезд на его машине «на природу» мы запомнили. Небольшой компанией (без Васи) собрались на байдарке по  Москве-реке.

Вася предложил довезти нас на машине до  берега, все сели в  машину, сверху погрузили байдарку, поехали, и, когда выехали на просёлочную дорогу в  лесу, машина вдруг перестала двигаться, хотя мотор работал.

Выйдя из машины, увидели душераздирающую картину: машина сидела дном на широком низком пеньке, который стоял посреди дороги в  траве. Все вместе мы с проблемой справились, но тот пенёк, сидящую на нём машину и обескураженного Васю я отчётливо помню и сегодня.

Мы за столом на стоянке «БЕШЕНЫЕ ДЕТИ», слева направо: Вася Мороз, мой сын Вася, вторая жена Мороза Ирина Глушнева, жена нашего друга и сотрудника отдела радиоастрономии Аурена Наджипа (судя по всему, он нас и сфотографировал), сын Глушневой Валерий, друг дома Борис Полковников, я, мой муж Борис Вайнман, друг дома Вася чурмантеев, его жена Наташа, за детским столиком — их сын На своей машине Вася очень часто вывозил меня, как правило, с  кемнибудь ещё, либо покататься на лыжах, либо за грибами в  ближайший лес. Запомнился очень короткий, прямо из ГАИШ, с Васей и с Верой Архиповой, даже не с корзинками, а с полиэтиленовыми пакетами, выезд за грибами в  сосенки (тогда там ещё был лес!). Вася не  был заядлым грибником, знал только «благородные»: белый, подосиновик, подберёзовик, я знала все съедобные грибы в подмосковных лесах. Показала Вере, что вот эти грибы (не вспомню, какие именно) нужно брать, их можно жарить, после того как отваришь и сольёшь воду. А дальше мы с ней бойко собирали грибы и весело болтали на тему: жарить-то можно, но можно ли есть, не  откинешь ли после этого «копыта». Вася, слышавший нашу болтовню, вдруг дико покраснел, просто вспыхнул, бросился к нам, выхватил оба пакета с грибами и мгновенно растоптал их. На наши вопли: «Ты что, с ума сошёл?», — он ответил: «Не хочу, чтобы две мои любимые девушки отравились».

Мои Встречи с В. и. МорозоМ В. Брегман Воистину, пути Господни неисповедимы! Я  поздним вечером сижу в  пустом гостиничном ресторане в  Берлине и  по просьбе Тани лозинской восстанавливаю в памяти «образ Васи Мороза».

случайное знакомство с Таней растянулось почти на пятьдесят лет! Таня впервые пригласила меня на свой день рождения где-то в  1965  году.

Я  уже был хорошо знаком c Таниной семьёй, с  Борей и  Васечкой, был в  байдарочном походе с  ней и  с Димой Куртом, но ещё ни разу не  видел всю Танину ГАИШ-компанию в сборе. Много слышал о Докторе и его многочисленных учениках и сотрудниках, но все они были для меня абстрактными героями многочисленных рассказов и  баек. И  вот я  15  ноября 1965 года вхожу в Танину квартиру и вижу застолье с участием двухтрёх десятков человек. Практически, все мне не  знакомы. Первый, кто бросается в глаза и сразу запоминается, круглолицый, рыжий, кудрявый здоровяк, с лица которого не сходит открытая улыбка. смеющиеся светлые глаза сквозь очки с  лёгким прищуром. он в  центре внимания. Из общего разговора понимаю, что это Вася Мороз. Так мне с первого раза он и запомнился — смеющийся кудрявый рыжий здоровяк. Позже узнаю, что Вася, вернее, не очень Вася, а Василий Иванович, не просто весельчак и  компанейский мужик, а  крупный советский учёный-астрофизик, доктор наук, автор книг… и т. д. и т. п. Я не был связан профессионально с Василием Ивановичем Морозом, может быть, поэтому он так и остался для меня Васей. Регулярные, раз в году, встречи на днях рождения Тани не  изменили моего восприятия. Наверное, это свойство значительных личностей — при любых обстоятельствах оставаться естественными и не меняться в  зависимости от  успеха и  места «под солнцем», которое они занимают!

Запомнился и  такой эпизод из совместного байдарочного похода. Нас было пять или шесть лодок. Шли несколько дней по какой-то речке в Московской области. Поход был лёгкий и весёлый. Много шутили, смеялись, дурачились. Заканчивался поход недалеко от железнодорожной станции, до которой было километра два. Расписание поездов было известно заранее. Надо было быстро собрать вещи и байдарки и пешком «на рысях»

двигать к станции. Мы с Васей начали разбирать его байдарку, «луч» или «салют», точно не  помню. Как всегда, стрингеры заклинили и  не рассоединялись, разборка затягивалась. Вдруг Вася кончил «упираться», махнул рукой и  зачем-то полез в  свой рюкзак, стоявший рядом. он извлёк из рюкзака небольшую ножовку по  металлу и, прежде чем я  успел ахнуть, остервенело стал перепиливать заклинившие стрингеры! Когда через несколько мгновений я  пришёл в  себя и  с удивлением воскликнул: «Василий, ты чего делаешь?»,  — получил в  ответ: «Не видишь? Разбираю байдарку! Мы с тобой её ещё чёрт знает сколько будем разбирать и опоздаем на электричку! А стрингеры я отдам в мастерскую ГАИШ и мне их подправят!» сейчас такое решение назвали бы креативным! А  тогда я  просто пришёл в  восторг и  понял, почему я  — не  «Василий Иванович Мороз»!

Когда узкое место наших сборов было буквально распилено, мы с Васей, как самые физически подготовленные, взвалили большую часть походных грузов на себя, и все быстрым ходом устремились к станции. Причём между мной и Васей груз распределился в отношении примерно 1:3. он торопился и просто схватил, что мог, и потащил. А мог он много! Мне досталась меньшая часть.

с  тех пор прошли годы, я  узнал, что у  Васи в  жизни были и  драматические, и  даже трагические моменты, что не  всегда он был завзятым оптимистом и  весельчаком. Но мне не  пришлось видеть его в  сложные периоды его жизни, у  меня в  памяти остался весёлый, жизнерадостный и решительный рыжий здоровяк — Вася!

наШи Походы В. А. Гладышев, ИФЗ РАН Я  работал в  одном институте с  В. И.  Морозом, но в  разных отделах и  не пересекался с  ним по  науке. однако у  нас был общий друг  — Юрий Ильич Гальперин. В. И. и  Ю. И. были астрономы, ученики И. с.  Шкловского. Нас объединяли и общие интересы — сотрудничество с французскими специалистами в области космических исследований. Для нас с Ю. И.

лидером французских исследователей космоса был Франсис Камбу, для В. И. — Жак Бламон.

Я был с Юрой и Васей в двух байдарочных походах: в 1963 году по Волге и в 1964 году по Белой. Волжское плавание было скорее не поход, а развёрнутый пикник: пять байдарок, катер, рыбалка, долгие споры у костра.

Вася увлечённо участвовал в  спорах, а  к рыбной ловле был довольно равнодушен. Поход оживляли дети  — шестилетний Миша Гальперин и трёхлетний Витя Гладышев. Миша не привык к кочевой жизни, и в первые дни многое ему не нравилось и казалось очень неправильным: когда мама пыталась в лодке надеть на него пижаму, чтобы защитить его от солнечных ожогов, он никак не хотел показываться людям в ночной одежде.

однако через пару недель он уже радостно скатывался в плавках с песчаного откоса, совершенно не думая о том, как он одет. Витя же был старый морской волк и радовался привольной походной жизни. они были очень дружны и всегда держались вместе.

На байдарке вдоль скалистых берегов реки Белой Т. Мулярчик, Т. Гладышева, В. Мороз и В. Гладышев на выходе из Каповой пещеры В. Мороз и А. Гвоздев несут байдарку А. Гвоздев, В. Мороз и Т. Мулярчик на привале у костра «На нём треугольная шляпа…»

Мастер на все руки!

Приглашая друзей на Белую, я  предупреждал их, что мы поплывём по  мелкой речке с  отмелями, корягами, разорванными байдарками, которые надо будет перетаскивать на берег, что нас ждёт кропотливый труд по  заклейке и  починке их, но Белая оказалась быстрой полноводной рекой, которая вышла из берегов и затопила всё вокруг, так что мы проносились мимо затопленных грузовиков (из воды торчали только их кабины). оказалось, что в  районе выпали сильные дожди, так что водохранилища в верховьях переполнились, и все ждали, что плотины откроют и  по реке прокатится огромная волна, так что байдарочников предупреждали не ставить стоянки у берега. Но ничего такого не случилось, и мы благополучно промчались по реке до её низовьев, остановившись, впрочем, у  Каповой пещеры с  её наскальными рисунками древнего человека. Таскать байдарки всё же пришлось, но не для ремонта, а просто меняя место стоянки. Потом в моей жизни было много байдарочных походов, но уже без Василия Ивановича.

содержание

–  –  –



Pages:     | 1 |   ...   | 16 | 17 ||


Похожие работы:

«200 ЛЕТ АСТРОНОМИИ В ХАРЬКОВСКОМ УНИВЕРСИТЕТЕ Под редакцией проф. Ю. Г. Шкуратова БИБЛИОГРАФИЯ РАБОТ ЗА 200 ЛЕТ Харьков – 2008 СОДЕРЖАНИЕ ПРЕДИСЛОВИЕ РЕДАКТОРА 1. ИСТОРИЯ АСТРОНОМИЧЕСКОЙ ОБСЕРВАТОРИИ И КАФЕДРЫ АСТРОНОМИИ.1.1. Астрономы и Астрономическая обсерватория Харьковского университета от 1808 по 1842 год. Г. В. Левицкий 1.2. Астрономы и Астрономическая обсерватория Харьковского университета от 1843 по 1879 год. Г. В. Левицкий 1.3. Кафедра астрономии. Н. Н. Евдокимов 1.4. Современный...»







 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.