WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 16 |

«Валентин Гольберт Предисловие Предисловие В основу этой работа легла докторская диссертация, защищенная автором в 2001 году на факультете социальных наук г. Гамбурга и в далньнейшем ...»

-- [ Страница 6 ] --

2.2.2.1. 1966-1982 гг.: постепенный рост преступности в контексте "рыночного развития без рыночной экономики" В дальнейшем речь пойдет о противоречии, характеризующем процесс и понятие разложения реально-социалистического общества и в силу этого имеющем непосредственное отношение к развитию преступности в этом обществе. В наиболее общем плане, имеется в виду растущее расхождение между официально декларированными директивами и реальными отношениями. Парадоксальным образом, зашоренность на буквальном воплощении в жизнь социалистических ценностей имело следствием осуществление этих намерений с точностью до наоборот: эти ценности все менее становились социальной реальностью, последовательно деградируя в идеологические фикции.

Неприятие каких бы то ни было элементов рыночной экономики вело к тому, что рыночные отношения развивались тем более быстро, и, к тому же, весьма дисфункциональным образом. Используя аналогию с формулой "тоталитарные отношения без тоталитарного государства", этот парадокс можно обозначить как "рыночные отношения без рыночной экономики".

В советской истории имело место два периода реставрации безрыночного экономического порядка. Первой, активной реставрацией было репрессивное свертывание инициированной в 1920-х гг. при ЛЕНИНЕ "новой экономической политики". Второй, пассивной реставрацией, определялось содержание фазы застоя, ассоциируемой с именем генерального секретаря ЛЕОНИДА БРЕЖНЕВА 60. В рамках этой второй редакции реставрации вышеупомянутые реформы КОСЫГИНА были просто спущены на тормозах путем пассивного саботажа бюрократии при молчаливопопустительском согласии партийного руководства во главе с названным генеральным секретарем - со стороны этого руководства не исходило никаких стимулов к осуществлению официально никем не отмененных преобразований. Рыночные отношения тем самым просто были вытеснены из сферы официально допустимого. Тем не менее, они доказали свою способность развиваться совершенно спонтанным и стихийным порядком, т. е.

без какой-либо политической поддержки и вопреки политическому подавлению. Официально этого развития не было – поскольку оно не могло быть элиминировано, оно просто отрицалось или же было инвизуализировано, вытеснено в сферу невидимого.

Метафорой "рыночные отношения без рыночной экономики" обозначен лишь один из аспектов социального распада. Однако именно этот Если первую реставрацию можно воспринимать как трагедию, то вторую – как фарс.

–  –  –

аспект открывает возможность особенно глубокого проникновения в контекст процесса, понимаемого как развитие преступности. Криминализация всех частнокоммерческих действий была классическим примером того, что называют "созданием преступности с помощью законодательной нормы".

Хотя эта индуцированная нормой преступность и оставалась по преимуществу в латентной сфере, и в силу этого не могла оказывать заметного прямого влияния на развитие уровня учтенной преступностью, ее косвенное влияние могло быть более чем существенным. Подобно статье 121 УК РСФСР, предусматривающей уголовную ответственность за гомосексуальное поведение, направленные против частнокоммерческих отношений статьи УК могли применяться лишь в исключительных случаях либо при наличии дополнительных (ситуативных, внеправовых) мотивов уголовного преследования – иначе объем подлежащих преследованию случаев многократно превысил бы любые, даже гулаговские "пропускные способности" 61. Однако само наличие даже редко применяемых статей не могло не сказаться на практике регистрации. Влияние это могло быть опосредовано, в числе прочего, институциональным оформлением контрольнокарательных инстанций и распределением между ними ресурсов, которым, в свою очередь, определялись приоритеты в работе над делами и учете случаев.

Поле деятельности инстанций включало в себя неограниченное множество действий, которые в принципе могли подвергнуться преследованию в любой момент; или же критерии, позволяющие подвергнуть преследованию в любой момент времени неограниченное количество деяний. В действительности же из всей этой массы потенциально криминализуемых (и абстрактно, в качестве форм поведения криминализованных) деяний лишь незначительная их доля могла подвергнуться реальной криминализации (в качестве конкретных поступков). Тем самым повышается селективность и роль внеправовых обстоятельств в правоохранительно-карательносудебной практике, включая регистрацию преступности. Тем более уровень учтенной преступности зависит от того, какое количество случаев могло быть "обработано" и тем менее от того, какое их количество совершалось. В этих условиях повышался удельный вес учетно-технических и бюрократических факторов вроде ресурсного и персонального обеспечения, образа деятельности и приоритетов инстанций и снижалось значение инцидентности и превалентности уголовно наказуемых деяний как факторов, влияющих на уровень статистически учтенной преступности.

Взяв за основу сформулированную ХАЙНРИХОМ ПОПИТЦЕМ дилемму, можно охарактеризовать ее реально состоявшееся решение следующим образом: норма теряла свои зубы в результате систематического неприменения, вместо того чтобы допустить их моментальное затупление в результате систематического применения (POPITZ 1968: 10).

–  –  –

Однако же и превалентность с инцидентностью предположительно не могли остаться незатронутыми процессом развития "рыночных отношений вне рыночной экономики". Недифференцированная криминализация и инвизуализация таких отношений никоим образом не могли воспрепятствовать их экспансии и лишь усиливали дисфункциональные эффекты этой экспансии. Представляя собой радикальное решение проблемы этих негативных эффектов, запрет рыночных отношений усугубил расчленение экономики в легальное "дефицитарное хозяйство" и нелегальное "теневое хозяйство" (последнее – преступность по определению). Теневая экономика стала базисом для существования целого параллельного мира, в то время как дефицитарная экономика заботилась о том, чтобы нелегальное предложение находило стабильный и неуклонно растущий спрос.

Кроме этого, дефицитарная экономика порождала странные эффекты коммодификации. К ним относилось возникновение особой, предоставляемой на коммерческих началах услуги, – а именно, оказание помощи в получении доступа к "дефицитным" товарам и услугам ("доставании"). Платежи за такого рода услуги, по аналогии с понятием "ренты, обусловленной запретом" (ТИМОФЕЕВ 2001: 235), можно определить как "ренту, обусловленную дефицитом". К "первичному" товару вроде коробки шоколадных конфет, добавлялся вторичный товар, а именно помощь в доставании этой коробки, отсутствовавшей в свободной торговле. Наслоение третичных, четвертого и n-ного порядка товаров неизбежно вело к экспансии рыночных отношений в форме метастазирования, параллельно с оскудением доступных в открытой торговле товаров и услуг, а также все более дефицитных общественных благ (англ.: public goods) вроде безопасности, медицинского обслуживания, мест в детских садах и престижных учебных заведениях и т. д.

В качестве вторичного товара с привлекательным рынком сбыта выступали бюрократические услуги. Хорошая рыночная конъюнктура обеспечивалась целым рядом обстоятельств:

- Устоявшийся запретительный режим: "все, что не разрешено в явной форме, запрещено". Этим стимулировался спрос на различные разрешения, резолюции и т. п.;

- Закрытые, необозримые и чрезвычайно сложные структуры компетентности и ответственности;

- Избыток формальных норм, зачастую находящихся во взаимном противоречии, так что соблюдение одной нормы автоматически влекло за собой нарушение другой 62 ;

Из этого возникла следующая разновидность товара (commodity): селективное (неигнорирование нарушений норм. Если соблюдение одной нормы означает нарушение другой, то в ведении компетентного чиновника находится вопрос о том, принять Преступность в период реального социализма

- Неэффективность бюрократического действия и связанное с этим низкое качества делопроизводства, длинные очереди и сроки ожидания и т. п.

Коррупцию вполне можно рассматривать как коммерциализацию и приватизацию государственных служебных полномочий. Речь идет при этом о диверсификации одной из основных функций государства – экстракции (TILLY 1985: 181). При этом взяткообложение выделилось в параллельную налогообложению "обособленно-самостоятельную социальную систему, без которой ничто не функционирует" (SESSAR 1997б: 2).

Последствия данных процессов для оформления социальных отношений были огромными, причем коммодификацией были охвачены в значительной части и правовые ценности. Перечень реализуемых на некоммерческих началах прав последовательно сужался как шагреневая кожа, параллельно к сокращению свободных от отношений купли и продажи социальных и физических пространств. Правовые категории в качестве принципов, действительно определявших организацию отношений в сфере государственной службы, все более замещались экономической системной логикой, в основе которой лежит сопоставление издержек и результатов. Лишь одним из криминогенных последствий этого явилась дальнейшая поляризация общества с вытекающими из нее эффектами относительной депривации.

Охарактеризованную выше в общих чертах экспансию коммерческих отношений можно рассматривать как некое, хоть и весьма своеобразное, рыночное развитие. Несмотря на своеобразие, в отношении этого развития верно все, что установлено в науке относительно взаимосвязи между развитием рыночной экономики и преступности (причем последняя понимается в качестве обратной стороны первой: подобно поэту, озабоченному соотношением понятий " ЛЕНИН" и "партия", можно в первом приближении удовлетвориться выводом о том, что рынок и преступность – "близнецы братья").

Самым компактным и непосредственным образом отношения рынка и преступности характеризуются понятием "синдром ГЕРМЕСА", обозначающим "параллелизм процессов последовательной 'экономизации общества' и ростом его криминальной пораженности" (BLINKERT 1988: 398). Соответственно этому, рост преступности в 1966-82 гг. можно рассматривать во взаимосвязи с распространением коммерческих отношений в советском обществе в застойной фазе его развития. Факторами роста преступности были те самые обстоятельства, криминогенное действие которых столь хорошо задокументировано и в условиях "нормальной" рыночной экономики. Речь идет о факторах, "дающих основания предполагать позитивную взаимосвязь между последовательным развитием рыночного общества ли во внимание скорее соблюдение или нарушение, учитывая правовые последствия для соблюдателя-нарушителя и возможность получения от него ответной услуги.

–  –  –

(маркетизацией) и преступностью: чем далее общество продвинулось в мутации к рыночному обществу, тем более оно поражено преступностью" (SACK 1998: 100):

1. "Растущее неравенство и концентрация экономической депривации;

2. Иссякание средств, которыми располагают территориальные общности, общины и общественность для 'неформальной' поддержки, социализации и контроля над молодежью;

3. Стресс и фрагментация семьи;

4. Сокращение и прекращение практики предоставления общественных средств для удовлетворения основных потребностей тем, кто уже лишен как собственных средств к существованию, так и неформальной поддержки;

5. Усугубление культуры социал-дарвинистской конкуренции и установление стандартов потребления, недостижимых с использованием только легальных возможностей" (CURRIE 1997: 344 ff.).

К числу странных парадоксов реального социализма относится дополнительное усиление криминогенных эффектов псевдорыночных отношений тотальным подавлением этих самых отношений. Так, "сокращение общественных средств" (пункт 4. у КЕРРИ) было преимущественно вызвано сокращением поступлений в общественные фонды вследствие парализации хозяйственной инициативы и динамики в результате полного выведения из строя любого рода рыночных механизмов и стимулов. Таким образом, абсолютное оскудение бюджета явилось следствием недостатка в рыночных отношениях. Дополнительным фактором явилось относительное оскудение как одно из следствий недостатка рыночных отношений, состоящего в диспропорции развития, характеризуемого перманентной тенденцией к социализации издержек и приватизации доходов.

Своеобразную диалектику можно усматривать в том, что именно запрет рыночных отношений способствовал развитию рыночного мышления и поведения.

Он подогревал интерес к "запретным плодам" и стимулировал развитие находчивости и изобретательности в поиске любых, включая запретные, путей получения этих плодов (эти эффекты охватываются упомянутым уже выше синдромом ГЕРМЕСА - SACK 1998: 99). Тем самым усиливалась "дарвинистская социальная конкуренция" (пункт 5. у КЕРРИ), характеризуемая некоторыми особо малосимпатичными особенностями. К последним относится, в числе прочего, отсутствие однозначных правил, соблюдение которых обеспечивало бы сохранение и укрепление экономических позиций в условиях дефицитарно-и-теневой экономики.

Интенсивностью и спецификой социальной конкуренции обусловливались эффекты относительной депривации и разложение меритократических оснований социальной системы и социального порядка. Одним из измерений "хаоса в вознаграждениях" (англ.: chaos in rewards - YOUNG 1999:

194 f.) было "воздаяние" неприятностями и проблемами за позитивный

Преступность в период реального социализма

вклад в сфере профессиональной деятельности и общественной работы:

"инициатива наказуема", предупреждала народная мудрость. В то же время, продвижение по служебной линии и материальный достаток слишком часто становились результатом негативного вклада 63. Коррупционные отношения, о которых речь шла выше, представляют собой лишь один из частных аспектов этой связи "вознаграждения" с дисфункциональными, социально-разрушительными поведенческими формами. Нивелирование денежных доходов посредством перераспределения было другим аспектом "хаоса в вознаграждениях" - оно переходило все функциональные границы социально-государственного регулирования и было, в лучшем случае, доведенной до абсурда и гротескной социальной государственностью.

Пусть гипотетически, охарактеризованные выше тенденции эпохи недолговременной "эпохи развитого социализма" можно рассматривать как факторы отраженного в статистических данных роста частоты совершения уголовно наказуемых деяний в период 1966-82 гг. (Приложение, рис. 3, 4, 5). Как и в предшествующий период, когда в основе снижения уровня преступности лежали определенные развития на уровне ее "коренных причин", так и в дальнейшем тенденция определялась глубинными социальными процессами, действующими теперь, однако, в противоположном направлении.

Заслуживает внимания также предположение, что превалентность и инцидентность "реальной" преступности в этот период времени росла быстрее, нежели это показывают статистические данные. Как раз в рассматриваемый период времени, по всей видимости, получали все более широкое распространение практики нерегистрации и инвизуализации социальных проблем. Подоплекой этого являлось ускорение и усугубление процессов распада системы: чем меньше имелось реальных успехов, тем больше нуждалось руководство в мнимых успехах и статистических трюках для их имитации. То, что рост преступности все-таки не мог быть полностью завуалирован, указывает на определенные границы "административного ресурса" и политических директив во влиянии на процесс генерирования статистических данных.

Эти несоответствия "были наиболее очевидными в России и советских республиках,

но ни в коем смысле не сосредоточены именно в этом регионе мира", по выражению ЯНА ТЭЙЛОРА в отношении тематически сходных обстоятельств (TAYLOR 1999: 254).

Если "развитая рыночная" экономика и обеспечивает лучшее, более справедливое, рациональное и т. п. распределение материальных благ и шансов, то лишь "немножко лучшее". В аутентично-рыночных условиях вознаграждение индивидуальных усилий привязано не к потребительской стоимости этих усилий, что было бы наиболее близким коррелятом позитивного вклада в общее благо. Определяется же оно меновой стоимостью, совершенно не связанной с таким вкладом.

Преступность в эпоху реального и постсоциализма 2.2.2.2. Учетно-техническая и политическая подоплека роста уровня преступности в 1983 г.

Непосредственной причиной резкого скачка кривой уровня преступности в 1983 г. (Приложение, рис. 5) явилась кампания, направленная против практики нерегистрации преступлений и сокрытия их от учета в системе МВД.

Эта практика расцвела особенно буйным цветом при министре НИКОЛАЕ ЩЕЛОКОВЕ и стала одним из поводов его отставки. Данные меры были предприняты в рамках широкой реорганизации МВД, проводимой прокуратурой под контролем и по инициативе КГБ.

Улучшение обращения с подающими заявление и более реалистичное представление ситуации с преступностью и безопасностью были не более чем "коллатеральными" позитивными эффектами этой реорганизации. В своей основе она была скорее деструктивно-консервативной. Преемник ЩЕЛОКОВА ФЕДОРЧУК ПОЛОЖИЛ начало демонтажу службы профилактики преступности (ГИЛИНСКИЙ 1998: 13). Завершен этот демонтаж был несколько лет спустя, в азарте оголтелого разрушения социалистической системы. Основанная ЩЕЛОКОВЫМ Академия МВД сохранилась лишь благодаря тому, что в свое время решение о ее создании было проведено через Совет Министров, и теперь ее упразднение лежало вне компетенции МВД.

Наконец, ключевые посты в МВД были заняты кадрами из госбезопасности, обладавшими хорошим опытом в сфере идеологического контроля, однако куда слабее разбиравшихся в вопросах контроля над преступностью. Естественным образом, эта смена персонала привела к некоторой депрофессионализации и идеологизации.

Поскольку для этого периода имеются статистические данные по убийствам, имеет смысл изложить и пояснить здесь тезис, намек на который был уже сделан в самом начале главы, при представлении подходов к интерпретации статистических данных о преступности (см. Приложение, рис. 5, 6 и 7). Стабильность уровня убийств, не повторивших резкий рост уровня общей преступности в 1983 г., можно объяснить следующим образом. Львиная доля прироста уровня общей преступности объяснялась повышением "учетной квоты" (доли учтенных преступлений от преступлений заявленных), собственно же распространенность преступного поведения при этом оставалась неизменной. По изложенным в начале главы обстоятельствам, манипулируемость статистическими данными об убийствах существенно ниже, чем данными о преступности в целом. В этом и состоит интерпретация дивергенции между обоими уровнями в 1983 г., с учетом гипотетических соотношений и взаимосвязей между явной и латентной долями преступности. В фиктивном массиве (множестве, совокупности, массе) всех преступлений намного выше число или доля таких случаев, которые в силу господствовавшей до 1983 г. тенденции к сокрытию оставались в латентной сфере и теперь, в ответ на давление в направлении вы

<

Преступность в период реального социализма

явления, достаточно быстро и без дополнительных усилий могли быть переведены из тени на свет божий, т. е. в сферу явной преступности. В массе же убийств нет такого "запаса" деяний, которые в любой момент времени можно "визуализировать". Поэтому и уровень их не мог моментально прореагировать на изменение в политике регистрации в 1983 г. и идти "в ногу" с развитием уровня общей преступности.

При господстве же обратной тенденции к нерегистрации следует ожидать и обратного соотношения между динамиками развития уровней общей преступности и убийств. Статистическая инвизуализация и перевод случаев (на этот раз из явной в латентную сферу) и в этих условиях явятся гораздо более затруднительными в отношении убийств, нежели в отношении общей преступности. В основной массе принадлежащих к общей преступности деликтов гораздо шире простор для усмотрения того или иного ответственного лица о регистрации или нерегистрации, нежели в отношении убийств. Поэтому при более высоких темпах роста статистики убийств есть основания полагать, что генерирование статистических данных в значительной мере определяется тенденцией к инвизуализации. Более высокие темпы роста убийств объясняются в этом случае тем, что гораздо меньшая доля их прироста поддается инвизуализации.

Чем менее эти уровни отклоняются друг от друга, тем более обоснованным будет предположение о взаимосвязи между развитием "реальной" и "статистической" преступности 64.

Вышесказанное касается "непосредственных" соображений и комментариев в отношении поразительного скачка уровня преступности на завершающей фазе существования реального социализма. Однако замысел данной работы принципиально не ограничивается непосредственными объяснениями. Речь идет о более глубокой системной подоплеке, в частности, о властных конфликтах, приведших к реорганизации МВД и кампании против практики нерегистрации и бывших проявлением достигшего зрелой фазы системного кризиса. Вопрос об инвизуализации, по всей видимости, принадлежал к сердцевине или центральной проблематике этого кризиса.

Этот тезис полностью согласуется с "кибернетической" интерпретацией крушения системы реального социализма как следствия отсутствия обратной связи между центром управления и "управляемой реальностью" (JOAS 2000: 152); отсутствия у власти независимой от себя самое информации о "подвластной действительности". В этих условиях сколь угодно масштабное усиление активности КГБ по сбору информации не могло привести к решению проблемы, поскольку давало лишь прирост абсолютЭти соображения касаются исключительно соотношений между динамическими рядами в кратковременной перспективе и неприменимы к анализу флуктуации уровней на протяжении, скажем, столетий

–  –  –

но ненужной, и без того уже многократно избыточной "информации о власти с точки зрения самой власти" (OFFE 1994: 90). Подобного рода проблемы возникли бы у индивида, не способного воспринимать и учитывать в своем поведении реакции окружающих на это поведение и вынужденного руководствоваться лишь собственными представлениями о том, каковы и какими должны быть эти реакции 65. Осознание этой проблематики и стремление к установлению какой бы то ни было "внешней референтности" (соотнесености, нем.: Fremdreferenz) и связи с социальным миром и проявлялось в росте интереса партийных органов к институтам ознакомления с социальной реальностью - к социологическому знанию и социологическим учреждениям. Впрочем, как стало ясно в дальнейшем, приоритетной целью ознакомления и в альтернативных системах с налаженной обратной связью является не формирование практики осуществления власти в соответствии с социальной реальностью, а более тонкое манипулирование последней и "подработка" ее таким образом, чтобы это было максимально удобным именно для практики осуществления власти.

В свете проклевывавшегося интереса партийной элиты к независимой информации, нашедшего позже вполне осязаемое воплощение в политике гласности 66, вполне легитимным инструментом научной ретроспекции представляется спекуляция о том, что отклонение статистических картин от реальности могло показаться чрезмерным даже политбюро ЦК КПСС. Возможно, что в этот момент политическое руководство узрело границы манипулируемости официальными изображениями реальности.

Это означало признание того факта, что столь эксцессивная ложь об успешном и беспроблемном социалистическом развитии, возможно, приносит больше легитимационных потерь, нежели более честное представление горькой правды. Из этого можно сделать предположение, что рефлексивность не была абсолютно чужда даже советскому руководству (см. JOAS 2000: 159).

Ср. чрезвычайно удачную метафору: "Как пожилая дама, которая путем удаления65

всех зеркал из дому пыталась защитить себя от конфронтации с печальным фактом собственного старения, эти общества (в вопиющем противоречии с претензиями на "научный" модус собственной легитимации) свято хранили от себя самих тайну о самих себе и практически целенаправленно забывали техники самонаблюдения и самооценки" (OFFE 1994: 90 f.).

Крупномасштабная политика гласности представляется не единственным доводом в 66 пользу приводимых здесь рассуждений.

В качестве "мелких", но чрезвычайно показательных событий автору припоминается внезапное появление первого секретаря ленинградского ОК КПСС БОРИСА ГИДАСПОВА на собрании СПб отделения Советской социологической ассоциации в конце 1980-х гг. (реакция собрания и ведущего БОРИСА ДОКТОРОВА напоминала картину явления генерала на свадьбе в повести ФЕДОРА ДОСТОЕВСКОГО "Скверный анекдот"); направление группы партийных работников того же ОК КПСС на спецфакультет "прикладная социология".

Преступность в период реального социализма

Практика сокрытия преступлений от учета и их нерегистрации играли в отставке ЩЕЛОКОВА лишь третьестепенную роль, на фоне иных тяжких и имеющих уголовно-правовую значимость обвинений. В частности, ему инкриминировалось вовлечение в ряд скандальных коррупционных дел в связи со становлением гигантских империй теневого экономического и политического характера в ряде советских республик (ГУРОВ 1995: 59 и далее). Необычными в тогдашних условиях были не аферы с участием высших партийных и милицейских чинов, а скорее официальная реакция на них, включающая частичную визуализацию и криминализацию носившей столь распространенный и повседневный характер практики и ее участников.

Симптоматичной для странности реакции была судьба самого ЩЕЛОКОВА. Те, кто достиг равного ему ранга в советской бюрократической иерархии, обычно не могли в добром здравии выйти из системы добровольно либо быть в полном смысле слова уволенными из нее - это противоречило бы принципу номенклатуры 67. Если же кто-либо все-таки совершал слишком уж очевидные или влекущие за собой тяжелые последствия ошибки, его отправляли на почетную пенсию или же смещали на более низкую должностную позицию, отстраняя от политических решений и предоставляя возможность, вплоть до физической смерти наслаждаться заслуженными привилегиями. Таким образом было осуществлено политическое обезвреживание (англ.: incapacitation) упомянутого уже выше в иной связи министра обороны ГЕОРГИЯ ЖУКОВА; другой пример того же формата представляет собой судьба НИКИТЫ ХРУЩЕВА после его свержения с поста первого секретаря ЦК КПСС 68.

Первоначально все протекало по обычному сценарию, причем ЩЕЛОКОВУ была предоставлена должность генерального инспектора внутренних войск МВД. После этого было все-таки принято решение об его аресте, и он был поставлен об этом в известность. Группа следователей прокуратуры, которая должна была произвести арест, по прибытии на квартиру обнаружила его труп с пистолетом в руке. Было ли это действительное или инсценированное самоубийство, явилось поводом для спекуляций. Для научного анализа этот факт столь же иррелевантен, как и вопрос о том, задействованы ли государственные спецслужбы в террористических актах, борьба с которыми является легитимацией их существования и ресурсного снабжения. Для науки достаточно признания правдоподобия такого рода В этом состоял не единственный принцип, разделяемый Коза Нострой и Номенклатурой.

Подобный эпизод пережил в своей политической карьере БОРИС ЕЛЬЦИН, когда он 68 после своего критического выступления на пленуме ЦК КПСС в начале перестройки был перемещен из Политбюро в госкомитет по строительству.

–  –  –

предположений или потенциальной возможности такого развития событий.

В любом случае, имелось много коллег, подельников, завистников и конкурентов ЩЕЛОКОВА, для которых он в живом виде представлял слишком большую опасность, на свободе ли или в местах лишения свободы, или же

- что всего страшнее - в следственной тюрьме. Однако же, такого рода урегулирование конфликтов на высших этажах власти не практиковалось уже со времени смерти СТАЛИНА и ареста БЕРИИ.

Подоплеку этих событий представлял собой конфликт между ЩЕЛОКОВЫМ и шефом КГБ ЮРИЕМ АНДРОПОВЫМ; между возглавляемыми этими лицами ведомствами. Отношения между МВД и КГБ всегда строились в виде субординации, причем первое подчинялось последнему. Соответственно, и отношения между сотрудниками обоих учреждений были проникнуты взаимным неприятием, соперничеством, ревностью и враждебностью, которые эскалировали в создание друг другу неприятностей при любом удобном случае.

В начале 80-х гг. МВД под руководством ЩЕЛОКОВА достигло кульминационной точки в своей истории. С одной стороны, это было следствием личного вклада ЩЕЛОКОВА в консолидацию системы МВД на раннем этапе его служебной деятельности в должности министра. Этот вклад не ограничивался участием во властных играх и включал многие реформы и мероприятия, носившие предметный характер. Так, он инвестировал всю свою силу убеждения и организационные способности в развитие системы предупреждения преступности и ее научно-исследовательской базы - по его инициативе была основана Академия МВД, при которой возник один из самых сильных криминологических исследовательских центров в СССР.

Даже усиление властных позиций МВД можно оценивать положительно с точки зрения его некоторой эмансипации из-под идеологического контроля со стороны КГБ.

С другой стороны, ЩЕЛОКОВ достиг этой позиции во властной иерархии благодаря своим личным контактам с генеральным секретарем БРЕЖНЕВЫМ. Посредником в этих контактах был заместитель министра ЧУРБАНОВ, женатый на дочери БРЕЖНЕВА ГАЛИНЕ 69. В результате МВД стало сильным как никогда прежде. По всей видимости, КГБ не мог спокойно наблюдать за таким усилением своего соперника. Властная борьба между обоими монстрами протекала по модели игры с нулевыми суммами: выигрыш во власти на стороне милиции означал проигрыш на стороне госбезопасности. Милиция все более выходила из-под контроля КГБ, и рассматриваемый период времени характеризовался особым обострением конфронтации. В числе прочего имели места неформальные насильственные столкТакого рода контакты всегда были и остаются одним из важнейших властных ресурсов и одной из важнейших форм политического капитала в СССР и России.

–  –  –

новения, стоившие жизни одному офицеру КГБ. ЩЕЛОКОВ, как заведено, не желал предавать огласке эти случаи или визуализировать их в какой бы то ни было форме. В связи с этим он пошел на прямой конфликт с АНДРОПОВЫМ, который, напротив, настаивал на расследовании случаев и наказании виновных.

Сопоставление позиций конфликтующих сторон позволяет увидеть за поверхностным течением событий конфликта глубину системного кризиса. В ЩЕЛОКОВЕ оставалось очень мало от когда-то прогрессивного и инициативного реформатора; теперь он представлял собой продукт эволюции в пределах субкультуры высшей советской бюрократии. Он представлял ассоциируемую также с именами БРЕЖНЕВА и ЕГОРА ЛИГАЧЕВА (в то время один из самых влиятельных членов политбюро) консервативную позицию "найзе-норизма" (англ.: neithe-norism) или "страусиной политики".

Спрятав голову в песок и подставив солнцу оставшиеся снаружи части тела, они не хотели слышать штормовых предупреждений. Даже предугадывая грядущую системную катастрофу, сторонники этой позиции - по всей видимости, большинство партийно-советской бюрократии - предпочитали делать вид, что ничего не предугадывают. Все, что мешало делать такой вид - будь то симптомы надвигающегося кризиса или голоса критиков должно было быть инвизуализировано, заглушено (историями об успехах) или каким бы то ни было еще образом устранено из поля зрения 70.

Противоположная позиция, в числе прочих лично представленная АНДРОПОВЫМ, может также быть охарактеризована скорее как консервативная, нежели как реформаторская. Она определялась достаточно туманными представлениями о необходимости восстановления порядка и дисциплины, в любом случае путем ужесточения контроля, а не средствами конструктивной политики. При этом речь не шла еще о "перестройке" (сис

<

Еще более отчетливо эта позиция была представлена советскими руководителями

ранее, в более суровые времена. Непосредственно перед вторжением немецких войск СТАЛИН не хотел ничего слышать об этой угрозе; досаждать ему нежелательными сообщениями и предупреждениями было весьма рискованно. Перед лицом военной катастрофы в 1918 г. тогдашний военный министр ЛЕВ ТРОЦКИЙ предложил следующее решение: "Ни мира, ни войны, а армию распустить",

Преступность в эпоху реального и постсоциализма

темной реконструкции), однако уже о некоторой "гласности" (открытом и публичном диагнозе проблем и недостатков) 71. Проблематика инвизуализации социальных проблем и признаков распада, включая преступность, относилась, таким образом, не только к поверхностным, но и к принципиальным, глубинным аспектам конфликта между двумя вкратце охарактеризованными выше позициями в партийном руководстве.

Подвергнуть рефлексии первые, не очень удачные шаги по осуществлению своей 71 программы АНДРОПОВ не смог, поскольку через год после номинации его генеральным секретарем он скончался от почечной недостаточности.

2.3. Развитие преступности во время и после крушения реального социализма 2.3.1. Снижение уровня преступности на ранней фазе перестройки Следующим подлежащим объяснению развитием явилось значительное снижение уровня общей преступности в начале перестройки. Снижение происходило в период с 1985 по 1988 гг.; в уровне убийств тенденция к снижению уже в 1988 г. сменилась резким подъемом (Приложение, рис. 5 и 7). Далее речь пойдет о ряде факторов, которые могли стоять за этим развитием.

Первое из объяснений основано на параллельности динамических рядов уровня общей преступности и убийств. Такая параллельность может рассматриваться как аргумент в пользу предположения, что учетнотехнические факторы играли относительно небольшую роль, и за статистическими колебаниями скрываются подвижки на уровне частоты реально-преступного поведения в обществе (в то время как расхождение между названными динамическими рядами, напротив, свидетельствовало бы об относительно большом вкладе учетно-статистических факторов в амплитуду статистических флуктуаций: см. раздел 2.2.2.2). Соответственно этому, можно предположить снижение инцидентности и превалентности уголовно наказуемых деяний в период 1985-88 гг. Не исключена возможность локализации факторов этого снижения на уровне коренных причин преступности. Эта концептуальная возможность может быть реализована в схеме, которая явилась бы напоминанием о причинно-следственных предположениях в отношении снижения уровня преступности в 1961-65 гг. в период хрущевской "оттепели" (раздел 2.2.1.2) 72.

В отличие от "оттепели", фактором проведения реформ в 1980-е гг.

были и настроения общественности, не достигшие фазы взрыва, но пребывавшие уже в состоянии брожения. Опираясь на описание подобных состояний общественного сознания в XIX в., в несколько упрощенной и обобщенной форме, ЛУНЕЕВ следующим образом охарактеризовал эти настроения: "Демократические реформаторы знают только, чего они не хотят; чего они хотят, они не знают" (ЛУНЕЕВ 1997: 70). Господствовало недифференцированное, неразборчивое и нерефлексивное вожделение модернизации. Мы столь интенсивно занимались критикой старого порядка, что практически не оставалось времени для размышлений о том, как должен выглядеть порядок новый. Содержательные представления о реформах Более того, объяснительная модель "снижение преступности в связи с либерализацией политического и экономического режима" напоминает о сходных эффектах "новой экономической политики" и демонтажа системы военного коммунизма в 20-е гг.

Преступность в эпоху реального и постсоциализма были фиксированы на смутно представляемых картинах и "запретных фруктах" западного образца и происхождения: "либеральнодемократические ценности" соседствовали в этих представлениях с западными стандартами потребления, причем стандарты обладали более мощным и непосредственным притягательным действием. Блеск и гравитация витрин капитализма были столь неотразимыми, что вопросы о цене или "обратной стороне", в более общем плане - о "переносимости" западных отношений на отечественную почву - представлялись неуместными и даже бестактными. О "темной и безобразной стороне в высшей степени аморального процесса трансформации" (SACK 1995б: 56) никто всерьез не хотел задуматься.

В 1985 г. состоялся исторический пленум ЦК КПСС, на котором Михаил ГОРБАЧЕВ был номинирован в генеральные секретари и выступил со своей программной речью, провозгласив в ней намеченные реформы ("перестройку"). Провозглашенное расширение возможностей экономической и политической деятельности и прочих форм свободной самореализации вызвало эйфорию, сравнимую по масштабам и содержанию с состояниями общественного сознания в период "оттепели" 1960-х гг. Как и 25 лет назад, в ранней фазе перестройки наблюдалось снижение уровня смертности и повышение рождаемости в сопровождении снижения уровня всех подлежащих статистическому учету форм девиантного поведения (ГИЛИНСКИЙ 1995а, б). В обоих случаях нельзя исключить взаимосвязь между этими развитиями с одной стороны и политически-идеологической, а также обещанной экономической либерализацией с другой стороны. Обозначенные как "постреволюционная эйфория" (BURIANEK 1998: 16) эффекты анонсирования, надежды и ожидания могли способствовать снижению частоты совершения уголовно наказуемых деяний в обществе в 1985-88 гг. Это было бы одним из объяснений снижения уровня.

Второе объяснение вытекает из принятия во внимание начатой весной 1985 г. антиалкогольной кампании. В ее рамках было очень мало достигнуто в плане нейтрализации глубинных причин потребления алкоголя.

В первую очередь речь шла о дисциплинарных мероприятиях против эксцессов потребления и нормировании производимых и реализуемых объемов спиртного. Помимо многочисленных негативных результатов, напоминающих о последствиях американского сухого закона 30-х гг., эта кампания могла привести к кратковременным эффектам в плане сокращения распространенности некоторых форм преступного поведения (ЛУНЕЕВ 1997: 24).

Третье объяснение относится к действию учетно-технических факторов. Нельзя исключить, что политическая и экономическая либерализация все более приводила к утрате устоявшимися рутинными практиками и кри

<

Преступность в период постсоциализма

териями уголовного преследования своего значения, причем в первую очередь в сфере экономических преступлений. Коммерческое посредничество и частнопредпринимательская деятельность были еще не декриминализованы, однако уже столь повсеместно распространены и столь позитивно определены морально и идеологически, что прежние границы между наказуемым и ненаказуемым, преступным и непреступным в значительной степени стирались на смысловом и институциональном ландшафте социальной действительности. При этом и нормальные преступники, воры и мошенники, получили беспрецедентную возможность представлять себя в качестве жертв советского бесправия и произвола. Последующее новеллирование уголовного законодательства могло привести к дальнейшим потрясениям карательно-правоохранительных инстанций и повышению порогов их готовности к преследованию, поскольку составы преступлений быстрее отменялись, добавлялись и видоизменялись, нежели бюрократические инстанции перестраивают свою деятельность. В этих условиях можно предположить снижение уверенности в преследовании, дальнейшим следствием чего было бы снижение квоты приема заявлений, возбуждения дел и регистрации случаев, и, в итоге - снижение уровня статистически зарегистрированной преступности.

Наконец, четвертая из объяснительных возможностей основана на допущении некоей "естественной" квоты "заявляемости", уголовного преследования и регистрации дел. Речь идет не о мистических пределах сатурации, а о реальных институциональных возможностях разработки дел органами милиции, следствия и правосудия; традиции и инерции правоохранительно-карательной деятельности; моральных стандартах, границах терпимости и других идеальных и материальных параметрах общества. В ответ на административное давление к регистрации в 1983 г. эти квоты могли быть разом превышены, вслед за чем регистрируемость продержалась на высоком уровне еще 2 года. По мере ослабления давления можно было бы в таком случае ожидать обратную нормализацию на обычную квоту регистрирования, что и стало бы объяснением реально наблюдаемого снижения уровня преступности по статистическим данным.

2.3.2 Рост преступности в период поздней и постперестройки Последующее развитие характеризуется беспрецедентным ростом преступности (графики 6 и 7). Не исключено, что этот рост отчасти объясняется уходом от прежней практики нерегистрации и сокрытия от учета. До этого должна была создаваться видимость низкой криминальной пораженности социалистического общества. Теперь же этот мотив и эта тенденция отпали, в силу чего уровень преступности сразу поднялся до "нормальных" значений. То, что этот уровень, при сравнимости с показателями западных стран, все же существенно отставал от них, вряд

Преступность в эпоху реального и постсоциализма

ли поддается объяснению с точки зрения продолжения традиции нерегистрации. Скорее речь может идти об исчерпании организационных и материальных ресурсов органов безопасности и правосудия по достижении определенной нагрузки в виде массива подлежащих регистрации и реагированию случаев.

В более общем плане можно говорить об отходе от традиционной политики инвизуализации социальных проблем. В условиях гласности, рассмотренное в разделе 1.3.3 соотношение между противоположными тенденциями к устрашающему с одной стороны и успокаивающему с другой стороны представлению действительности могло резко сместиться в пользу первой из названных тенденций. На некоторое время стало своего рода модой, представлять рефлексивную и социально-критическую позицию, либо открывая при этом новые, прежде замалчиваемые проблемные аспекты социальной действительности (наркотики, проституция) либо же устанавливая "истинный" объем прежде частично инвизуализированных проблем (преступность). Этим можно, скажем, объяснить 17-кратный прирост интенсивности освещения проблемы преступности в средствах массовой информации в период с 1989 по 1992 гг., когда статистический уровень преступности едва удвоился (результаты контент-анализа печатных средств массовой информации в Санкт-Петербурге в рамках международного сравнительного проекта "Социальные проблемы в балтийском регионе" – GOLBERT 1997: 202).

В этих условиях могло развернуться соревнование за "проблемность" или "проблемную загруженность" между различными инстанциями, включая полицию. С достойным лучшего применения усердием каждый старался доказать, что именно его географическая либо предметная сфера компетенции поражена наиболее тяжкими, острыми и хроническими социальными и прочими недугами. Это было одним из аспектов конкуренции за стремительно иссякающие общественные средства, распределение которых, по меньшей мере, декларативно, определялось остротой подлежащих решению с помощью этих средств проблем. Отсюда вполне можно предположить повышение мотивации милиции к регистрации преступлений, чем и объяснялось бы соответствующее повышение уровня учтенной преступности. Однако это может считаться лишь частичным объяснением изменению статистической картины.

Есть основания полагать, что за статистическим ростом скрывалась действительная "волна преступности". Если предыдущее сокращение частоты совершения определяемых как преступные деяний в обществе объяснялось эффектами перестройки и вызванной ею реформенной эйфорией (BURIANEK 1998: 216; ГИЛИНСКИЙ 1995а), то в качестве объяснения последующего роста сами собой напрашиваются неудачи в осуществлении ре

<

Преступность в период постсоциализма

форм и разочарование в отношении их результатов (там же). Представление о "неправильном" осуществлении правильных в своей сути рыночных и демократических идей, однако, было бы чрезвычайным упрощением и идеологическим смещением.

Особенно перед лицом явного и недвусмысленного обнаружения этими идеями своей ограниченности и неадекватности в различных социальных контекстах. При этом идеи не оправдывают и малой толики связанной с ними нормативных представлений и ожиданий и приводят к массовому разочарованию этих ожиданий и нормативноценностному кризису: "Король уже настолько оголился, что факт наготы его уже не содержит в себе ничего сенсационного и не обладает качеством новизны" (OFFE 1994: 85). Если определенные реформаторские идеи не соответствуют тем или иным культурным традициям, формам ментальности, не приемлются группами населения, то они и не могут быть осуществлены кроме как в чрезвычайно сомнительных формах. В этом случае было бы односторонним, усматривать проблему лишь в "нереформируемости" людей, социальных либо культурных условий. Критической ревизии подлежит в этом случае и качество самих реформаторских идей.

Если лучшее осуществление "данными" реформаторами и в данных национальных и интернациональных условиях было невозможным, следует признать легитимным и следующее осмысление отношений между реформами и разочарованиями по их поводу. Разочарования были обусловлены не неудавшимся или слишком нерешительным осуществлением реформ. Скорее, они были запрограммированы заранее необоснованно оптимистическими, наивными и нереалистическими ожиданиями. Сработал своего рода эффект ложной рекламы, когда людей убедили и они, со своей стороны, охотно позволили себя убедить в том, что им нужно то, что в действительности им было не очень-то и нужно - убедили путем заведомо ложного информирования о наличии у рекламируемого товара качеств, которыми он в действительности отнюдь не обладал 73. В свете этого более быстрое, радикальное и профессиональное осуществление программы реформ повлекло бы за собой еще более серьезные дисфункции и вызвало бы еще больше неприятия. Проблема осуществления состояла, таким образом, не только в неточном, искаженном и неаутентичном воспроизводстве западных образцов, но и, напротив, в попытках буквальной, неадаптированной к местным условиям и чересчур поспешной их рецепции 74.

Побочным эффектом является смысловая инфляция демократических идей, обусловленная их эксцессивной идеологической эмиссией.

Достаточно показательным в этом отношении является копирование американского 74 закона об акционерной собственности, причем в спешке не было сделано даже стилистически и грамматически полноценного перевода на русский язык (AVILOV 2000:

2).

–  –  –

Для реформенного оптимизма была характерна абсолютизация абстрактно понимаемых либерально-демократических и индивидуалистических ценностей 75. Конкретные теневые стороны определяемых этими ценностями реально-капиталистических и реально-демократических отношений (равно как и позитивные аспекты собственной, реальносоциалистической линии развития) если и воспринимались к сведению, то крайне неохотно 76. Тем более травматическое действие должно было впоследствии возыметь непосредственное знакомство с этими непредвиденными теневыми сторонами. К открытиям относилось селективное значение свободы в ее конкретных, устоявшихся в условиях реального капитализма, формах. Для одних она означает, известным образом, свободу ночевать под мостом, в то время как для других – во дворце (АНАТОЛЬ ФРАНС). Те, кто ассоциировал наступающие отношения с "дворцовой свободой", теперь обнаруживают, что в их случае гораздо больше оснований рассчитывать на "мостовую свободу". Свобода в первом смысле, в лучших демократических традициях, оказалась зарезервированной для избранных граждан, уже в додемократических условиях совершивших удачный карьерный старт в комсомольских, партийных и тене-экономических сферах. Дальнейшее открытие касалось соотношения между свободой и безопасностью. Согласно абстрактной формуле ДЖОРДЖА ВАШИНГТОНА, попытки обменять свободу на безопасность неминуемо оборачиваются потерями и в той и в другой ценности или измерении качества жизни. Постсоциалистический опыт показывает, что в принципе, как и в любом случае обменных операций, возможен и обратный вариант: попытка обменять безопасность на свободу ведет в итоге к потере и того и другого (ср. BAUMAN 1999; BAUMAN 2000:

30).

Некоторые социально-научные подходы к осмыслению реалий социальной трансформации в новых федеральных землях ФРГ могут послужить основой для концептуальной реконструкции процессов постсоциалистического развития (также и за пределами ФРГ.) Постижение, скажем, трансВ числе прочего, эта переоценка объясняется тем, что в собственной политической и 75 культурной традиции именно эти традиции хронически подавлялись, что привело к аккумуляции симпатий и формированию некритической позиции в их отношении (по принципу запретного плода и дефицитного идеологического продукта), в то время как навязываемые солидарно-коллективистские ценности собственной традиции воспринимались как консервативные, сдерживающие развитие и просто-напросто надоевшие, навязшие в зубах.

Это же самое можно сказать и о дальнейшем аспекте модернизационного мифа, касающемся различий в стандартах потребления на Востоке и на Западе. В этом измерении правило "лучше меньше, да лучше" преимущественно игнорируется: общепризнанным и не подлежащим двоичной кодировке в терминах да/нет девизом, сакрализованным маркетинговым культом, является "лучше больше, да лучше (и чаще)".



Pages:     | 1 |   ...   | 4 | 5 || 7 | 8 |   ...   | 16 |
 

Похожие работы:

«Перечень документов, используемых при выполнении работ по оценке соответствия ТР ТС 005/2011 О безопасности упаковки 1. ТР ТС 015/2011 О безопасности зерна 2. ТР ТС 021/2011 О безопасности пищевой продукции 3. ТР ТС 022/2011 Пищевая продукция в части ее маркировки 4. ТР ТС 023/2011 Технический регламент на соковую продукцию из фруктов и овощей 5. ТР ТС 024/2011 Технический регламент на масложировую продукцию 6. ТР ТС 027/2012 О безопасности отдельных видов специализированной пищевой 7....»

«Сергей Небренчин Политазбука Современные международные угрозы Основы Российской государственности Общественное измерение безопасности Воронеж ИСТОКИ Небренчин Сергей. Русская политазбука. Монография. Воронеж, 2010. 216 с. ISBN 978-5-88242-796-1 В монографии «Русская политазбука» с метафизической точки зрения проанализированы характер и содержание международных вызовов и национальных угроз, представлены приоритеты государственного обустройства и общественной безопасности. В заключении...»

«В. Двуреченских, В. Баранов БЮДЖЕТ США НА ГРАНИ ВОЙНЫ (ред. текста: Д. Горбатов) Война бюджету Время войне, и время миру. Екклесиаст [Ек. 3:8] В военно-политическом отношении давно обещаемая США война против Ирака есть банальный рэкет. В финансово-экономическом же плане ожидаемую военную акцию США в Заливе правильнее рассматривать как нападение не только на Ирак, но и на собственный госбюджет. Выдержит ли войну федеральный бюджет США? «Бюджет на 2003 год — это больше, чем просто свод цифр. Это...»

«Объединенный учебно-методический центр по ГОЧС Тюменской области Тема №1, занятие 2 Нормативно-правовое регулирование в области защиты населения и территорий от ЧС природного и техногенного характера, обеспечение пожарной безопасности и безопасности людей на водных объектах. Объединенный учебно-методический центр по ГОЧС Тюменской области Цель занятия: 1. Ознакомить обучающихся с основными законодательными и нормативными актами РФ в области защиты населения и территорий от чрезвычайных...»

«Организация Объединенных Наций S/2015/227 Совет Безопасности Distr.: General 1 April 2015 Russian Original: English Доклад Генерального секретаря о положении в Центральноафриканской Республике I. Введение Настоящий доклад представляется во исполнение резолюции 2149 (2014) 1. Совета Безопасности, в которой Совет постановил учредить Многопрофил ьную комплексную миссию Организации Объединенных Наций по стабилиз ации в Центральноафриканской Республике (МИНУСКА) на период до 30 апреля и просил меня...»

«Приложение № к приказу от «09» января 2014 г. № ГорькМероприятия по реализации Стратегии обеспечения гарантированной безопасности и надёжности перевозочного процесса на железной дороге в 2014 году Срок № п/п Содержание мероприятий исполнения Исполнитель Горьковская дирекция управления движением На технической учебе изучить с работниками хозяйства март ДЦУП, ДЦС, перевозок, к началу летне-путевых работ провести изучение апрель ДС, ДНЧ требований: инструкции по обеспечению безопасности движения...»

«Ежеквартальный научно-производственный журнал «Вестник ветеринарии» Key title: Vestnik veterinarii Verba volant, scripta manent Abbreviated key title: Vestn. vet. – слова улетают, написанное остается. Латинское изречение № 71 (4/2014) С ОД Е РЖ АН И Е Основан в 1996 году Учредитель ООО «Энтропос» Ветеринария в законодательном пространстве Зарегистрирован в Комитете О техническом регламенте Таможенного Союза Российской Федерации по печати О безопасности мяса и мясной продукции (свидетельство о...»

«Аннотация В данном дипломном проекте была разработана релейная защита и автоматика подстанции «Кантаги» в южно казахстанской области, показаны основные причины замены на оборудование нового поколения. Составлена схема замещения сети, выбрано силовое оборудование, а также оборудование релейной защиты. Выполнены графические схемы, подтверждающие основные направления дипломного проекта. Также рассмотрены вопросы экономики и безопасности жизнедеятельности. Annotation This diploma thesis is devoted...»

«S/2013/354 Организация Объединенных Наций Совет Безопасности Distr.: General 14 June 2013 Russian Original: English Доклад Генерального секретаря о ситуации в Сахельском регионе I. Введение 1. Настоящий доклад представляется в соответствии с резолюцией 2056 (2012) Совета Безопасности, в которой Совет просил меня разработать и осуществить в консультации с региональными организациями комплексную стратегию Организации Объединенных Наций в отношении Сахельского региона, включая безопасность,...»

««СОГЛАСОВАНО» «УТВЕРЖДАЮ» Заместитель главы Заведующая МДОУ «Детский сад администрации № 22 «Пташка» Литвиненко Е.Ю. Боровский район» Маиор полиции В.А. Шипилов А&.(о 01.06, ЯШС/7Л ПАСПОРТ дорожной безопасности образовательного учреждения Муниципального дошкольного образовательного учреждения «Детский сад № 22 «Пташка» Общие сведения Муниципального дошкольного образовательного учреждения «Детский сад № 22 «Пташка» (Наименование ОУ) Тип ОУ Муниципальное Юридический адрес ОУ: 249018, Калужская...»

«АННОТАЦИЯ Дисциплина «Экологическое право» (С3.Б.21) реализуется как дисциплина базовой части Профессионального цикла учебного плана специальности – 40.05.01 «Правовое обеспечение национальной безопасности» очной формы обучения. «Экологическое право» как отрасль права является неотъемлемой частью правовой системы Российской Федерации. Его существование, прежде всего, обусловлено использованием государством системы регулирования общественных отношений в области природоохранной деятельности....»

«Организация Объединенных Наций A/69/783–S/2015/ Генеральная Ассамблея Distr.: General 18 February Совет Безопасности Russian Original: French Генеральная Ассамблея Совет Безопасности Шестьдесят девятая сессия Семидесятый год Пункт 97(h) повестки дня Обзор и осуществление Заключительного документа двенадцатой специальной сессии Генеральной Ассамблеи: меры укрепления доверия на региональном уровне: деятельность Постоянного консультативного комитета Организации Объединенных Наций по вопросам...»

«Центр проблемного анализа и государственно управленческого проектирования Проблемы формирования государственной политики транспортной безопасности Москва Наука УДК 656:346.7 ББК П78 Авторский коллектив: В.И. Якунин (руководитель авторского коллектива – гл. 1, 2, 3, 4); С.С. Сулакшин, А.В. Головистикова, М.В. Вилисов, А.В. Тимчен ко, Е.А. Хрусталева, Ю.П. Козлов, А.Н. Тимченко, В.А. Персиа нов, Б.Н. Порфирьев, А.С. Сулакшина, Н.Г. Шабалин – гл.5 и при ложения. Проблемы формирования...»

«Научно-исследовательский институт пожарной безопасности и проблем чрезвычайных ситуаций Министерства по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь ИНФОРМАЦИОННЫЙ МАТЕРИАЛ СЕТИ ИНТЕРНЕТ ПО ВОПРОСАМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ И ЛИКВИДАЦИИ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ 24.04.2015 ВСТРЕЧИ И ВЫСТУПЛЕНИЯ ГЛАВЫ ГОСУДАРСТВА Встреча с председателем Верховного суда Валентином Сукало Судебно-правовая реформа в Беларуси выходит на завершающую стадию. Об этом 16 апреля шла речь на встрече Президента Республики Беларусь...»

«Научно-исследовательский институт пожарной безопасности и проблем чрезвычайных ситуаций Министерства по чрезвычайным ситуациям Республики Беларусь ИНФОРМАЦИОННЫЙ МАТЕРИАЛ СЕТИ ИНТЕРНЕТ ПО ВОПРОСАМ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ И ЛИКВИДАЦИИ ЧРЕЗВЫЧАЙНЫХ СИТУАЦИЙ 20.03.2015 ВСТРЕЧИ И ВЫСТУПЛЕНИЯ ГЛАВЫ ГОСУДАРСТВА Встреча с Государственным секретарем Ватикана кардиналом Пьетро Паролином В Беларуси удается сохранять межконфессиональный мир и взаимопонимание. Об этом заявил Президент Республики Беларусь Александр...»

«Муниципальное бюджетное дошкольное образовательное учреждение детский сад №29 «Журавушка» «Правила пожарные все дети знать обязаны» Проект по формированию правил пожарной безопасности дошкольников Сургут 2013 Содержание 1. Актуальность 2. Целевая группа 3. Цель проекта 4. Задачи 5. Партнеры 6. Содержание деятельности 7. Технология реализации проекта 7.1. Повышение профессиональной компетентности педагогического коллектива. 7.2. Изучение правил пожарной безопасности и профилактическая работа с...»

«Ядерное сдерживание и обеспечение безопасности «До тех пор, пока какое-либо государство обладает ядерным оружием, другие тоже будут стремиться к этому. До тех пор, пока любое подобное оружие продолжает существовать, это подрывает веру в то, что оно не будет однажды использовано, случайно, по ошибке или намеренно; а каждое такое использование будет, как мы знаем, катастрофой для нашего мира». Гарет Эванс, Йорико Кавагучи, Доклад Международной комиссии по разоружению и нераспространению ядерного...»

«Non multa, sed multum ЯДЕРНЫЙ Международная безопасность Нераспространение оружия массового уничтожения КОНТРОЛЬ Контроль над вооружениями № 3 (69), Том Осень 200 Редакционная коллегия Владимир А. Орлов – главный редактор Владимир З. Дворкин Дмитрий Г. Евстафьев Василий Ф. Лата Евгений П. Маслин Роланд М. Тимербаев Юрий Е. Федоров Антон В. Хлопков ISSN 1026 ЯДЕРНЫЙ № 3 (69), Том КОНТРОЛЬ Осень 200 Издается с ноября 1994 г. Выходит ежеквартально Зарегистрирован в Государственном комитете РФ по...»

«Лукин А.Л. Теория комплексов региональной безопасности. 7 УДК327 Лукин А.Л. Теориякомплексоврегиональнойбезопасности иВосточнаяАзия TheRegionalSecurityComplexTheoryandEastAsia В статье рассматриваются основные положения теории комплексов региональной безопасности Б. Бузана и О. Вэвера. Основной акцент сделан на рассмотрении этой теории применительно к Восточной Азии. Высоко оценивая методологический потенциал теории Бузана-Вэвера, автор статьи предлагает дополнить ее некоторыми коррективами и...»

«АННОТАЦИЯ Дисциплина «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства» (С3.В.ДВ.3.1) реализуется как дисциплина по выбору вариативной части блока «Профессионального цикла» Учебного плана специальности – 40.05.01 «Правовое обеспечение национальной безопасности» очной формы обучения. Учебная дисциплина «Международное сотрудничество в сфере уголовного судопроизводства» нацелена на формирование у обучающихся знаний о сущности, исходных понятиях, задачах, принципах и правовой основе...»








 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.