WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


Pages:     | 1 || 3 |

«О.В. Павленко АВСТРИЙСКИЙ ВОПРОС В ХОЛОДНОЙ ВОЙНЕ (1945 – 1955 гг.) Постановка проблемы лекций Понятие «холодная война» имеет в исторической и политологической литературе самые разные ...»

-- [ Страница 2 ] --

Карл Реннер, как опытный политик, почувствовал изменение политической конъюнктуры еще в сентябре 1945 г. Тогда он сделал в прессе весьма существенное признание, представлявшее собой еще одно покаяние в собственных ошибках и еще одно видение новых политических перспектив: «В западных странах заявили, что Австрия стала ориентироваться на Восток и под давлением коммунистов Вена повернулась к Москве. Чтобы воспрепятствовать этой мнимой тенденции, многие полагают, что мы должны повернуться к западным странам. Отныне Австрия будет ориентироваться на новую страну, чувствуя, что нашла верный путь и что со всеми прежними тенденциями к аншлюсу – то есть к зависимости от Будапешта, Рима, Берлина или Москвы – навсегда покончено. СССР принес мне разочарование. Я желал бы ориентироваться на Восток, но события показали, что нам нужно ожидать прихода западных союзников. Ясно одно: Австрия должна маневрировать».


Маневрировать приходилось постоянно. В первые месяцы после войны, когда решался вопрос об австрийском правительстве, ситуация в самой Австрии была чрезвычайно тяжелая. Попробуем восстановить те жизненно важные проблемы, с которыми ежедневно приходилось сталкиваться австрийцам, руководителям оккупационных зон, солдатам и офицерам иностранных контингентов. Сохранились многочисленные свидетельства современников, материалы скрупулезных дипломатических отчетов и корреспонденций, позволяющие ясно представить, как жили – точнее, выживали - люди в стране, разрушенной войной, оккупированной и разделенной победителями, стране, обвиненной в развязывании этой трагедии и обязанной понести вместе с Германией наказание.

Реконструкция реалий жизни после войны, а также характеристика позиций союзных держав помогает нам объяснить мотивы новой политики Реннера, открыто отказавшегося от первоначальной ориентации на Советский Союз. Почему советская дипломатия потеряла такого влиятельного партнера еще до начала выборов в Национальное собрание? Какие проблемы вошли в сферу австрийского вопроса и политики «нормализации»? Что было в это время важнее политических баталий? Список этих вопросов можно продолжить, поскольку австрийская модель выживания строилась на тактике маневрирования, прагматичного расчета пользы и полезности каждой из великих держав в решении следующих вопросов, получивших с апреля по ноябрь 1945 г. первоочередное значение: 1) снабжение населения продовольствием, 2) переселение граждан немецкого происхождения, 3) выплата репараций, 4) территориальные претензии к Австрии со стороны Югославии.

Вопрос о снабжении населения продовольствием имел самое важное значение. Уже на первом заседании Союзнического совета 11 сентября 1945 г. он стоял первым в повестке дня. Ситуация осложнялась еще и тем, что, помимо австрийского населения, необходимо было кормить и огромный контингент оккупационных войск. Союзники, вопреки позиции советского руководства, отказывались летом и в начале осени обсуждать вопрос о компетенции Временного правительства, пока не будут решены проблемы продовольственного снабжения. Первоначально предполагалось обсудить эту проблему в масштабах всей страны, но в итоговом коммюнике договориться удалось только относительно Вены: каждая сторона обязалась выделять с 1 сентября 1945 г. продовольствие пропорционально населению каждой зоны города. Была утверждена минимальная норма из расчета 1 550 калорий в день на одного взрослого человека (начиная с 23 сентября). В соответствии с этим минимумом была разработана нормативная структура продовольственного потребления для каждой категории населения.

(На оверхед-проекторе - таблица норм продовольственного потребления в граммах):

–  –  –

Нормы были определены, но оставался открытым вопрос об источниках поступления продовольствия. Французский представитель так откровенно и заявил: «Франция больше других была обворована немецкими захватчиками и пока еще не имеет возможности пользоваться всеми продуктами и транспортом, и в данный момент ей трудно принять участие в помощи Австрии, которая участвовала в войне против нее. Французское правительство считает разумным, чтобы продукты для Австрии шли из стран Центральной Европы». Это мнение было поддержано американским представителем генералом Кларком, указавшим на Венгрию, Румынию, Чехословакию, Болгарию, откуда, по его мнению, могло бы поступать продовольствие для Австрии. В этих странах, находившихся под контролем советских войск, ситуация с продовольствием была не менее тяжелая, и союзники понимали всю провокационность подобного предложения.





Тот же Кларк в телеграмме госсекретарю США Дж. Бирнсу признавал, что «требование снабжения Австрии из соседних с ней стран имеет только академическое, но не практическое значение, так как они едва ли имеют излишки для экспорта». Но на возражение Конева, что страны Центральной Европы не имеют излишков и необходимо привлекать местные австрийские ресурсы, представитель Великобритании также настаивал на привлечение традиционных источников: «Поскольку речь идет о долгосрочном снабжении Австрии, я считаю, что источники, из которых Австрия получала продовольствие до войны, должны быть восстановлены. Мы не будем пользоваться местным продовольствием». Вопрос о ресурсах для продовольственного снабжения так и остался открытым. Не придя к согласию, союзники решили передать его на рассмотрение Совета министров иностранных дел.

Ситуация осложнялась еще одной проблемой, имевшей общеевропейское значение. После войны из стран Центральной Европы начали изгоняться граждане немецкого происхождения.

Разворачивалась еще одна послевоенная трагедия, освященная решениями Потсдамской конференции. Пункт XII Потсдамских договоренностей, названный «Упорядоченное перемещение германского населения», предусматривал «перемещение в Германию немецкого населения или части его, оставшегося в Польше, Чехословакии и Венгрии». Составляя свои планы, союзники исходили из того, что в мире - 70 млн. немцев, и пока они не будут полностью «денацифицированы» (то есть не пройдут идеологическое перевоспитание и сознательно не откажутся от нацизма), они будут представлять угрозу.

Немцев (в официальных документах использовался термин «фолькс-дойче», указывавший на этническое происхождение; позже появилось еще деление на «имперские немцы» и «судетские немцы») изгоняли из собственных домов, оставляя без средств к существованию, и по распоряжению новых администраций выбрасывали за пограничные территории. Германофобия, мотивы которой были вполне объяснимы после нацистских зверств, захлестнула всех: от ведущих политиков и военных командиров до солдат и рядовых обывателей. Немцы должны были носить белые нарукавные повязки, как в свое время евреи обязаны были носить на верхней одежде желтую звезду Давида. Масштабы «охоты на немцев» и расправы с ними напоминали ту политику геноцида, которую во время войны развернули нацисты на оккупированных территориях.

Вот одно из многочисленных свидетельств того времени.

Алоиз Ульман описывает трагедию в судетском городе Ауссиг 30 июля 1945 г.: «Охота на немцев началась. В ней принимали участие солдаты гвардии Свободы (Людовик Свобода – командир чехословацкого корпуса, созданного на территории СССР и воевавшего на стороне Красной армии. – Авт.); к ним присоединились также некоторые советские солдаты. Они были вооружены досками, выломанными шестами, рукоятками лопат и прочими инструментами, где-то ими добытыми. Нападениям и жестоким избиениям подвергались все, кто говорил по-немецки или носил белую нарукавную повязку, без разбору. У меня сложилось впечатление, что это были не местные чехи, а именно те, кто прибыл сегодня с поездом до обеда … Женщины с детскими колясками были сброшены в Эльбу, и солдаты стреляли по ним, как по мишеням, до тех пор, пока они держались на воде … Вечером 30 июля погибших свалили в трех местах и вывезли на грузовиках. Всего там было около 400 трупов. Сколько их было вывезено из других мест и сколько осталось на дне Эльбы, точно сказать невозможно».

Примерно около 10 млн. немцев были «перемещены» в Германию и Австрию. Эти обездоленные люди с надеждой шли «домой», чтобы «среди своих» начать новую жизнь. Помимо «фолькс-дойче» по дорогам Европы летом и осенью 1945 г.

передвигалось, по самым приблизительным подсчетам, свыше 20 млн. человек. Это были так называемые «перемещенные лица», к которым относились люди, вывезенные нацистами для работы в Третьем рейхе, евреи, чудом уцелевшие в концлагерях, и беженцы, потерявшие дома и родных. Самым главным в 1945 г. для всех них стало выжить. Среди этой обездоленной массы людей были и те этнические немцы, которые добровольно бежали из стран Центральной и Юго-Восточной Европы, занятых Красной армией: они направлялись в западные зоны оккупации Германии и Австрии.

Причиной их «исхода» стала так называемая «политика мобилизации», которую развернула советская военная администрация. В соответствии с постановлением № 7161сс Государственного комитета обороны от 16 декабря 1944 г. на освобожденных территориях началась массовая депортация этнических немцев для выполнения восстановительных работ в Советском Союзе. Было приказано «мобилизовать и интернировать с направлением для работы в СССР всех трудоспособных немцев в возрасте - мужчин от 17 до 45 лет, женщин от 18 до 30 лет, находящихся на освобожденной Красной Армией территории Румынии, Югославии, Венгрии, Болгарии и Чехословакии».

«Мобилизованные» должны были собираться на сборных пунктах, где проходили обследование на трудоспособность и затем в товарных вагонах отправлялись на восток. «Трудовое использование» этой рабочей силы (именно такой оборот был употреблен в документах об «интернированных немцах») предполагалось осуществлять на предприятиях Наркомугля, Наркомчермета и Наркомцветмета.

Международный комитет Красного Креста обратился к министрам иностранных дел союзных держав с просьбой оказать помощь гражданскому населению, переселенному в Австрию и в Германию. Представители четырех держав приняли резолюцию по вопросу о судетских немцах и «фолькс-дойче», в которой заявлялось, что каждый главнокомандующий зон в Австрии поставит перед главнокомандующим соответствующей зоны в Германии вопрос о передаче в его распоряжение «указанных лиц».

За бюрократическим стилем этого документа угадывалось стремление переложить решение этой невероятно сложной и драматичной проблемы на коллег в Германии. Если учесть, что в самих немецких городах было около 25 млн. бездомных и почти все парковые деревья были вырублены на дрова осенью - зимой 1945 г., когда начались жестокие холода, то понятно, что судьба этих «лишних людей» зависела только от них самих.

Оккупационные власти смогли в эти первые месяцы лишь договориться о том, чтобы попросить чехословацкое и югославское правительства прекратить выселение «этих лиц в Австрию». Именно «обратиться с просьбой», потому что никаких других механизмов воздействия на этот не прекращавшийся поток изгнанников у них не было. Подобное наказание немцев в сознании победителей, прошедших ужасы войны, было легитимно и с моральной точки зрения – оправдано.

В октябре 1945 г. помощник министра иностранных дел Австрии К. Грубер в письме к Союзническому совету с горечью напоминал, что «вплоть до настоящего времени более 100 тысяч немцев из Судетской области и Южной Моравии прошли в Австрию абсолютно бесконтрольно. По официальным источникам, число беженцев с Востока от демаркационной линии составляет свыше 180 тысяч человек; с Запада приближается к 100 тыс., многие из них ищут путь в Австрию, надеясь иметь здесь лучшую судьбу, чем в Германии. Они убеждены, что австрийцы по своему характеру более терпеливы». Он предлагал обеспечить возращение этих людей на родину. Союзнический совет ответил Груберу достаточно жестко: цифры в его письме завышены и гарантировать перемещение беженцев обратно СС не может, так как это неприемлемо для правительств стран, изгнавших их. Оставалось только одно: отправить их в Германию. Контрольному совету по Германии было направлено предложение организовать упорядоченное переселение немцев из Австрии в Германию, поскольку «наличие этих лиц является большим экономическим и политическим грузом для австрийского государства и необходимо, чтобы они были как можно скорее удалены из Австрии».

Неожиданная активность в вопросе о судьбе немцев объяснялась и в этом случае прагматичными соображениями:

надвигались выборы в Национальное собрание. Союзники опасались, что эти люди, которые в их глазах оставались носителями нацистских идей и настроений, до сих пор опасны и могут повлиять на результаты выборов. Тем не менее решение не было найдено и после выборов.

30 ноября 1945 г. Реннер направил ноту Союзническому совету, в которой проблема продовольственного снабжения населения была тесно увязана с количеством оккупационных войск: «…Количество оккупационных войск находится в резком несоответствии с размерами оккупируемой страны. Покупательная способность, которой располагают воинские части, приведет к серьезной угрозе продовольственного снабжения гражданского населения». Подобный шаг, в котором предугадывалась стремление выступать за собственные, австрийские, интересы, вызвал общее неодобрение союзников. В официальном ответе давалось понять, что Австрия, как и Германия, не имеет никакого права голоса:

«Австрия, принявшая участие в войне на стороне Германии, не может своей собственной властью освободиться от обязательства покрыть оккупационные расходы».

Система наказания за нацизм была бы не полной без репараций. Как после Первой мировой войны, вопрос о репарациях имел ключевое значение. Но расстановка сил была иной и мотивы получения репараций также были разными у СССР и западных союзников. На конференции в Ялте (с 4 по 11 февраля 1945 г.) советская делегация поставила вопрос о репарациях. Между союзниками было достигнуто согласие в разработке основных репарационных требований, что и было зафиксировано в специальном протоколе. Предусматривались следующие позиции:

конфискация немецкой национальной собственности, поставка товаров в течение определенного срока, использование труда мобилизованных немцев.

Уже 4 апреля 1945 г., когда в Австрии еще шли бои, советское руководство внесло предложение добавить в структуру контрольных органов отдел по репарациям, работа которого определялась бы ялтинскими договоренностями. Великобритания и США согласились, но выразили сомнение относительно реальной способности Австрии выплачивать репарации. На Берлинской конференции (июль - август 1945 г.) нарком иностранных дел СССР В.М. Молотов предложил сумму в 250 млн. долл., которую Австрия должна будет выплатить СССР, Великобритании, США и Югославии. Западные союзники отказались от репараций.

Естественно, для советской экономики, которой предстояло не только восстанавливаться, мобилизуя собственный потенциал, но и оказывать «братскую помощь» странам Восточной Европы, дополнительные источники были жизненно необходимы.

Крупномасштабные военные действия не велись на английской или американской земле. Западные державы, имея в прошлом печальный опыт репарационных платежей в межвоенный период, с особой осторожностью теперь воспринимали саму идею репараций.

Кроме этого, для разоренных стран Третьего рейха позиции великих держав по вопросу о репарациях имели экзистенциальное значение. Великодушный отказ западных держав от репараций имел прагматичные мотивы: для австрийских политиков это означало реальную поддержку и способствовало переориентации с просоветской на проамериканскую политику. Госсекретарь США Дж.

Бирнс обосновывал отказ тем, что «есть государства, которые могут заплатить репарации, но Австрия находится в таком положении, что репарации заплатить не может», а «австрийцы не смогут наладить производство, если мы не дадим им займа».

Союзники согласились лишь с тем, что репарации возможны только в виде единовременного изъятия оборудования из военной промышленности в пользу Югославии и СССР. В.М. Молотов согласился с этим предложением, но конкретное обсуждение вопроса о репарациях было отложено. И пока советское руководство питало надежду на возможность усиления коммунистического влияния в стране, проект репарационных выплат не поднимался.

Точно также был поставлен, но не получил обсуждения вопрос о границах австрийского государства. Еще на конференции в Ялте Сталин познакомил Черчилля и Рузвельта с территориальными претензиями Югославии к Австрии. Черчилль предложил восстановить австрийско-югославскую границу в пределах 1937 г. На том и порешили.

Ситуация коренным образом стала меняться после выборов в Национальное собрание Австрии.

Дипломатическое противостояние (январь 1946 г. - декабрь 1950 г.)

Новый, 1946-й, год принес в союзническую политику и новую расстановку сил. Во-первых, резко поменялась внешнеполитическая ориентация австрийского правительства, расширились его контакты с представителями США, явно обозначилась тенденция к сотрудничеству с США и Великобританией. Во-вторых, более самостоятельными стали выступления и заявления ведущих австрийских политиков: теперь уже союзники имели дело не с покорным марионеточным правительством, а с легитимным органом власти, стремившимся выработать собственную линию государственного управления. Втретьих, переход инициативы в решении австрийского вопроса к США усилил блокирование западных союзников против требований СССР. В итоге с начала 1946 г. стало усиливаться дипломатическое размежевание.

После выборов стала меняться стратегия и тактика советской дипломатии в австрийском вопросе. Советские руководители, недооценив Реннера и его степень влияния в Австрии, взяли курс на дискредитацию его политических действий, непризнание компетенции нового австрийского правительства, блокирование всех попыток изменить оккупационный статус страны. Неудивительно, что с 1946 г.

австрийский вопрос стал восприниматься в Кремле как средство дипломатического шантажа при обсуждении с США и Великобританией спорных проблем в Германии и странах Центральной и Юго-Восточной Европы. Самостоятельное значение для советской дипломатии он потерял, и основным козырем в этой новой дипломатической игре стало присутствие большого контингента советских войск в восточно-австрийских землях – важном стратегическом районе, позволяющем контролировать ситуацию во всем регионе. Это делало Австрию, стремившуюся освободиться от оккупации, по сути, заложницей советской политики.

Неудавшийся «австрийский сценарий» парламентских выборов, имел, однако, успех в Чехословакии, Болгарии и Румынии с весны по осень 1946 г., когда в этих странах на выборах победили коммунисты. В качестве ответной меры, опасаясь распространения коммунистического влияния, госсекретарь США Бирнс и министр иностранных дел Великобритании Бевин договорились о создании американо-британского экономического союза в своих оккупационных зонах в Германии. Последовавший за этим раскол союзнической политики в Германии чрезвычайно усилил подозрительность и в австрийском вопросе. Для контроля над ситуацией в немецких землях СССР необходимо было сохранять войска в соседней Австрии.

Уже в январе 1946 г. главнокомандующий советской зоны И.С. Конев на заседании Союзнического совета сообщил о секретных сведениях, которыми он располагал. Речь шла о планах австрийского правительства по созданию австрийской армии из бывших нацистских частей. Эти факты были изложены еще в меморандуме советской стороны от 21 декабря 1945 г., в котором отмечалось не только создание государственной военной канцелярии Австрии, но и ее связи с бывшими частями вермахта.

Советская сторона, видимо, обладала разветвленной разведывательной сетью на территории страны. Она располагала сведениями, к примеру, о существовании в Клагенфурте (зона английской ответственности) белоэмигрантского корпуса полковника Рогожина. В качестве одного из доказательств были приведены слова Реннера на секретном заседании австрийского кабинета от 6 декабря 1945 г.: «Австрия станет самостоятельной лишь с момента оставления ее войсками союзников, поскольку военная оккупация существует не для нашей безопасности и не для чистки от нацистов, а по причине равновесия сил. Армия – это орудие в руках политики государственного руководства.

Австрия – маленькая страна, все ее соседи значительно сильнее.

Будущая война начнется с того, на чем кончила последняя.

Выиграет то государство, у которого наибольший военный и промышленный потенциал и наибольшее пространство для вооружения». Обратим внимание на риторику этого выступления:

появляются новые акценты, свойственные идеологии Холодной войны. Граница зон оккупации союзников превращалась в застывшую линию фронта, с которой возможно было начало новой войны. Реннер, политик опытный и постоянно лавирующий, почувствовал наступление этой «будущей войны» в Европе. Но для него эта перспектива была не столько возможной, сколько неизбежной.

Советской стороне необходимо было поддерживать дискуссии о ремилитаризации Австрии еще и потому, что в январе 1946 г.

представитель США внес предложение о сокращении численности оккупационных войск, особенно в зоне ответственности Красной армии. СССР выступил категорически против даже самой постановки подобного вопроса. Любые предложения, связанные с сокращением численности советского контингента и проектом мирного договора с Австрией, означали для СССР нарушение военно-стратегического баланса. Этого допустить было нельзя в условиях усиления конфронтации по всем вопросам урегулирования сфер влияния в Европе.

Когда весной того же года Дж. Бирнс предложил В.М.

Молотову обсудить проект мирного договора с Австрией, то в ответ ему дали понять, что советская сторона не готова к подобному обсуждению, поскольку «Австрия еще не очистилась от фашистского влияния». Урегулировать австрийский вопрос, по мнению советского руководителя внешней политики, можно было бы раньше подписания договора с Германией. Дипломаты великих держав соглашались с тем, что Австрия находится в особом положении: она не объявляла войны, но входила в состав Третьего рейха. Тем не менее судьбы двух немецких государств и после войны оставались тесно переплетенными, по крайней мере в политике союзных держав. Английский министр Э. Бевин откровенно признавал на сессии СМИД в Париже в 1946 г.: «Я не представляю, как можно рассматривать вопрос о Германии без рассмотрения вопроса об Австрии, ибо они тесно между собой связаны».

28 июня 1946 г. по инициативе СССР было подписано четырьмя державами новое Контрольное соглашение по Австрии.

Хотя в этом документе признавался с некоторыми временными ограничениями суверенитет Австрии, но его условием должна была стать политика денацификации. Понятие «денацификация» имело широкое распространение в послевоенной Европе. Под ним понималась комплексная система мер, направленная на перевоспитание общества на основе демократических принципов, искоренение нацистской идеологии, выявление и изоляция военных преступников, создание новой демократической учебнообразовательной системы. По данным австрийского правительства, в то время в стране насчитывалось 556 тыс. националсоциалистов, из которых до войны 460 тыс. были рядовыми членами партии, а остальные – активистами, повинными в различного рода преступлениях. В начале 1947 г. вступил в силу закон, в соответствии с которым национал-социалисты должны были быть уволены из государственного аппарата, хозяйственных органов и образовательной системы. Наиболее активно программа денацификации осуществлялась в советской зоне.

В соответствии с новым Контрольным соглашением, компетенции Союзнического совета распространялись прежде всего на круг вопросов, связанных с демилитаризацией и денацификацией. СС получал право действовать без предварительного обсуждения с австрийским правительством в вопросах военной, экономической, промышленной, технической и научной демилитаризации, защите и удовлетворении нужд союзнических оккупационных войск, возврате имущества государствам-членам Организации Объединенных Наций, розыске, аресте и выдаче военных преступников. Ни о каком восстановлении дипломатических отношений с Австрией не могло быть и речи. Это была достаточно жесткая программа контроля всех сторон деятельности австрийского правительства.

Неоднократно западные страны предлагали СССР начать переговоры о мирном договоре с Австрией, и каждый раз советская сторона находила предлоги, чтобы блокировать эти инициативы.

Эта постепенно усиливавшаяся конфронтация стала неотъемлемой чертой в переговорах на заседаниях СМИД. В мае 1946 г. западные дипломаты пытались поставить на повестку дня вопрос о договоре с Австрией, поскольку обсуждался как раз проект договора с Италией и проблема австро-итальянской границы. Молотов отказался даже включить этот вопрос в повестку дня. При очередной личной встрече с Бирнсом он заявил: «В мире нет ни одного уголка, куда бы США ни обращали своих взоров. США всюду организуют свои авиационные базы: в Исландии, Италии, Турции, Китае, Индонезии, имеют большое число военно-морских и авиационных баз в Тихом океане. Это является свидетельством настоящей экспансии, что выражает стремления определенных американских кругов к империалистической политике». Бирнс возражал, выдвигая в качестве контраргумента факт присутствия большого контингента советских войск в Австрии: «Американские войска уйдут из Китая и не возьмут с собой никакого имущества, как это сделали советские войска в Маньчжурии. СССР держит сотни тысяч за своими пределами. Почему СССР, вопреки просьбам австрийского правительства, отказался заключить договор о выводе войск из Австрии?» В этих словах содержался намек на то, что в своей зоне оккупации русские стали вывозить австрийское оборудование. Молотов невозмутимо отвечал, что это - военные трофеи, договор будет заключен, когда «придет время», а «СССР будет держать свои войска в Австрии, пока он имеет на то право».

Чтобы продлить это право оккупации, советские политики всякий раз использовали различные предлоги. Американская делегация предложила свой вариант проекта договора с Австрией, который предусматривал признание союзниками независимость страны, принятие ее в состав ООН, отмену контрольного механизма, вывод союзных войск, сохранение границы в пределах 1937 г., но с территориальным добавлением: США предлагали передать ей Южный Тироль, ранее находившийся под флагом Италии. В соответствии с этим предложением Австрии разрешалось иметь вооруженные силы численностью до 70 тыс. Эта цифра почти вдвое превышала численность австрийской армии, установленной Сен-Жерменским мирным договором 1919 г. Этот проект было решено представить на рассмотрение правительствам союзных держав. Проблема Южного Тироля, в составе которого находится две провинции с немецкоязычным населением – Больцано и Трентино, была решена на основе компромисса: австроитальянское соглашение, подписанное в апреле 1946 г., гарантировало этническим немцам право обучения на родном языке и равноправие немецкого языка в административных делах. Однако оно только усилило движение южнотирольских немцев за объединение с Австрией. Австрийское правительство сочувственно относилось к их требованиям. Тот факт, что США пытались выступить в межэтническом территориальном конфликте на стороне Австрии, объясняется во многом усилением коммунистов в политической жизни Италии в этот период.

Но Советский Союз вновь отложил проект подписания мирного договора с Австрией. Серьезным препятствием, по мнению советской стороны, был вопрос о так называемых «перемещенных лицах». В противовес американскому проекту, было внесено советское предложение, предусматривавшее «скорейшее уничтожение остатков нацизма в Австрии, гарантии от повторения аншлюса, эвакуацию приблизительно 500 тыс.

перемещенных лиц из числа сражавшихся против союзников на стороне гитлеровской Германии югославских четников и усташей, венгерских салашистов, фашистских солдат Андерса, русских и украинских белогвардейцев, изменников–власовцев из Австрии на их родину».

В книге Ст. Карнера «Архипелаг ГУПВИ» собраны уникальные архивные материалы и устные свидетельства о «денацификации», развернутой органами НКВД на территории Австрии. Одна из наиболее трагичных ее историй связана с принудительной репатриацией русских эмигрантов «первой волны» из числа военнослужащих бывших белых армий, преимущественно казаков.

Карнер приводит такие данные: с 1945 г. по 1 марта 1946 г.

было репатриировано в общей сложности 5 352 963 человека. Из них 50 тыс. казаков и эмигрантов было передано британской оккупационной администрацией органам НКВД. Большую их часть составляли ярые противники коммунистического режима, воевавшие на стороне вермахта. Весной 1945 г. с отходом германских войск в Штирию из Италии и Каринтии стали пробираться разные казачьи формирования вместе с гражданскими беженцами, с женщинами и детьми. Передача британским командованием казаков из своей зоны оккупации советским войскам вызвала волну страха среди австрийского населения. Со всех австрийских городов казаков и эмигрантов свозили в г. Юденберг. Тысячи из них во время транспортировки совершали самоубийство, только бы не оказаться в руках НКВД: «Мужья стреляли в своих жен, перерезали себе горло, женщины бросались с детьми на руках в холодный Мур, потому что предпочитали умереть, чем быть отданными Советам.

Люди, жившие вдоль дорог, по которым их перевозили, и по сей день могут рассказать о тянувшихся целыми днями эшелонах и грузовиках с казаками, увозимыми в Юденберг».

Другое советское предложение – о перемещении «фольксдойче» из Австрии в соответствующие зоны Германии обсуждалось на личной встрече В.М. Молотова с Дж. Бирнсом.

Этот факт заслуживает отдельного рассмотрения, поскольку наглядно демонстрирует специфическую трактовку прав личности, сложившуюся в советском руководстве. Когда Бирнс возразил, что в американской зоне в Германии количество перемещенных лиц уже достигло более 500 тыс., Молотов предложил использовать этих людей в шахтах, где ощущался недостаток в рабочей силе. Бирнс в ответ заявил, что американцы не могут принудительно заставить работать людей в шахтах или силой отправить их на родину, так как придерживаются иных политических взглядов.

Молотова подобное заявление искренне удивило, поскольку, по его мнению, к ним нельзя применять принципы политической свободы, потому что они сражались против союзников на стороне Гитлера. Судьба перемещенных лиц и в 1946 г. оставалась неясной, ибо союзники так и не смогли договориться по этому вопросу. Соответственно и обсуждение проекта договора с Австрией откладывалось на неопределенный срок.

Между тем отношения СССР и США быстро ухудшались. 1947 г.

ознаменовался не только конфронтацией по вопросу о будущем Германии, но и начавшимся по инициативе США новым движением за интеграцию Западной Европы. Мотивация новой внешнеполитической стратегии, с которой выступил Дж. Маршалл, назначенный вместо Бирнса госсекретарем США, сводилась к следующему: американцы не допустят, чтобы Европа оставалась один на один с коммунистическим экспансионизмом, исходившим от СССР, и готовы предоставить экономическую помощь для послевоенной реконструкции. В исследовании Института всеобщей истории «История европейской интеграции» (М., 1995) убедительно показано, что именно «план Маршалла» первым способствовал расколу Европы на западную и восточную, что определялось не столько георегиональной спецификой, сколько политическими ориентирами.

Как в этих условиях идентифицировали свою позицию и положение австрийские политики? Правительство стремилось как можно теснее сотрудничать с западными державами. Министрыкоммунисты в знак протеста против участия Австрии в «плане Маршалла» вышли из его состава. На XIV съезде Коммунистической партии Австрии социалистов обвинили в великогерманском шовинизме, приводящем Австрию к «германоцентристкой, расистской, антиславянской политике». В идеологии коммунистов прослеживалась официальная позиция, занятая МИД СССР. С 1947 г. советские дипломаты начали настойчиво говорить о угрозе «великогерманского аншлюса»:

интенсивная интеграция западных зон оккупации в Германии, по мнению советского руководства, неизбежно должна привести к присоединению австрийских западных зон и созданию, в пику советскому Восточному блоку, нового милитаристского немецкого государства. «Угроза нового германского милитаризма» составила краеугольный камень логики советского внешнеполитического планирования в конце 1940-х гг.

Дипломатическая борьба вокруг австрийского вопроса обострилась также из-за настойчивых попыток американской делегации ограничить военные контингенты в Центральной Европе.

На третьей сессии СМИД в Нью-Йорке американцы внесли предложение об ограничении оккупационных войск на 25 – 30 % к 1 апреля 1948 г. Также был поставлен вопрос о выводе оккупационных войск из Австрии, Венгрии, Румынии, который становился бы обязательным на основании договора с Австрией.

Устанавливался необходимый оккупационный минимум для каждой из союзных держав в Австрии – по 10 тыс. Изначально этот план был воспринят советской стороной как дипломатическая провокация, направленная на вытеснение СССР из Восточной Европы, и делегация СССР категорически отказалась даже обсуждать это предложение. Но и в условиях жесткой конфронтации «союзники»

пытались сохранить возможность компромисса. Несмотря на то, что переговоры зашли в тупик и американский проект прямо ущемлял стратегические интересы СССР, было решено сформировать четырехстороннюю комиссию из заместителей министров иностранных дел для подготовки договора с Австрией.

Обсуждение проекта договора проходило на 29-ти заседаниях заместителей министров иностранных дел по Австрии, на которые иногда приглашался канцлер Австрии Л. Фигль и министр иностранных дел Австрии К. Грубер. Подготовленный к 25 февраля 1947 г., документ состоял из преамбулы, 59-ти статей и 5-ти приложений, но многие положения оставались не согласованными:

территориальные проблемы, германские активы, вопрос об эвакуации перемещенных лиц из Австрии, проблема собственности стран-членов ООН.

С ноября 1946 г. в качестве основного аргумента против скорого заключения мирного договора с Австрией стали выдвигаться территориальные претензии Югославии, претендовавшей на южный район Каринтии – Корушку и область Градиска (Штирия). Югославы утверждали, что это - районы этнического заселения сербов и хорватов. Обострение дискуссий по поводу этих территорий пришлось на весну 1947 г. Советская сторона полностью поддерживала идею пересмотра австроюгославской границы, а западные союзники были категорически против.

Другой аргумент советской дипломатии – германские активы, находившиеся на территории Австрии. Под термином «германские активы», имевшим широкое употребление в документах того времени, понимались крупные промышленные предприятия, коммуникации, природные ресурсы и предприятия по их переработке, конфискованные как собственность Третьего рейха.

Жесткая позиция, занятая СССР в вопросе о репарациях и активах, на дипломатическом уровне мотивировалась ответственностью Австрии за ведение войны. Таким образом, первоначальная позиция советской дипломатии, в соответствии с которой Австрия не вела войну, а была лишь в нее втянута в результате аншлюса, претерпела существенные изменения. Тот же Молотов при обсуждении преамбулы договора настаивал, чтобы была включена фраза об «ответственности Австрии в войне на стороне Германии». Советская делегация доказывала правомочность претензий СССР на присвоение германских активов в своей зоне оккупации. Легитимность этих требований доказывалась на основании протокола о репарациях, согласованного с руководителями союзных держав на Крымской встрече в феврале 1945 г. Более того, СССР теперь требовал репарационных выплат на сумму в 150 млн. долл. В это же время, в июне 1947 г., США заключили с Австрией соглашение о предоставлении безвозмездной финансовой помощи в размере 100 млн. долл.

Следующий, 1948-й, вошел в историю как год двух крупнейших послевоенных кризисов – Берлинского и Пражского, поставивших мир вновь на грань войны. Эти события, имевшие рубежное значение для послевоенной истории, фактически совпали во времени. Правительственный кризис в Чехословакии, определивший окончательно «коммунистический поворот» страны, послужил катализатором процесса образования Западной Германии и заключения западноевропейского союза, названного «брюссельским договором» (март 1948 г.

). Советское руководство перешло к политике ультиматумов, пытаясь предотвратить образование западногерманского государства. Последовавшая блокада Западного Берлина советскими войсками могла привести к началу военного конфликта. Но Трумэн и министр иностранных дел Великобритании Бевин отказались «попустительствовать агрессору». Процесс разработки конституционных и административных основ будущего государства продолжался. Было налажено воздушное сообщение с осажденным Западным Берлином.

Туда доставляли все необходимое, включая продукты, медикаменты и уголь, транспортными и военными самолетами. Блокада Западного Берлина стала дипломатическим просчетом Сталина, показавшим глубокие изменения в послевоенном балансе сил.

После секретных переговоров в мае 1949 г. блокада была снята, но западные страны начали свою контрблокаду СССР и Восточной Германии. Примечательно, что именно Берлинский кризис способствовал изменению образа немцев в Западной Европе и США.

В средствах массовой информации с восхищением описывалось мужество жителей Западного Берлина. Образ безжалостного нациста постепенно вытеснялся образом жестокого солдата Красной армии – не освободителя, а оккупанта, а СССР из страны освободительницы превращался для западного общества в «империю зла». В то же время стоит отметить, что определенного результата сталинская дипломатия достигла. Как подчеркивает американский историк Дж. Гренвилл в своей фундаментальной «Истории ХХ века», США, признавая за собой роль военного союзника стран Западной Европы, все же не пытались форсировать размещение крупных воинских контингентов на их территории и вплоть до начала Корейской войны не приступали к широкомасштабному перевооружению своей армии.

Распад единой союзнической политики в германском вопросе прямо повлиял на характер обсуждений австрийских проблем. В отличие от жесткой конфронтации, спровоцированной Берлинским кризисом, принципы коллегиальности союзнической политики в Австрии, несмотря на многочисленные нарушения, все же соблюдались. По сути, она была частью общей «политики компромиссов», которая была необходима сверхдержавам и их союзникам в условиях ядерного сдерживания, чтобы «холодная»

война не превратилась в «горячую».

С февраля по май 1948 г. состоялось 47 заседаний СМИД по австрийскому вопросу, но никаких подвижек не наблюдалось.

Работа по подготовке текста австрийского договора была приостановлена. С февраля 1949 г. на заседаниях заместителей министров иностранных дел австрийский вопрос вновь начал обсуждаться. Из 42-х заседаний 23 были посвящены обсуждению территориальных и репарационных претензий к Австрии.

Дипломатические дискуссии достигли кульминации. Западные державы настаивали на том, что «не считают возможным принять каких-либо изменений в существующих границах Австрии и не согласятся с уплатой репараций», которые настойчиво требовал для себя СССР.

Только весной 1949 г. наметились контуры возможного компромисса. Резкое ухудшение отношений и последовавший за ним острый конфликт между Сталиным и Тито заставили советских дипломатов пересмотреть позицию по вопросу австрийской границе. Но за это признание территориальной целостности Австрии в границах 1937 г., как того хотели западные страны, они должны были признать обоснованность материальных претензий СССР. За германские активы в восточной Австрии, от которых СССР согласился отказаться, в качестве компенсации советской стороне должны были перейти нефтепромыслы в восточной Австрии, имущество крупнейшего Дунайского пароходства и подвижной железнодорожный состав, а также 150 млн. долл. США.

Разработкой столь жестких требований к Австрии занимался лично Молотов, сторонник позиции силы в переговорным процессе со странами Запада. Он был убежден в том, что бывшие союзники не оценили жертвы и разрушения, которые понес Советский Союз во время войны, и нарушили договоренности о распределении сфер влияния в Европе, согласованные еще в военные годы.

Всю осень 1949 г. продолжался торг. Советские предложения относительно австрийских нефтепромыслов вызывали общее недовольство западных дипломатов. Госсекретарь США Д. Ачесон подчеркивал, что СССР претендует на 60 % самых перспективных разведочных площадей, оставляя Австрии 40 % терпящих убытки.

Французский министр иностранных дел Р. Шуман определил эту ситуацию так: «Мы хотим разделить 100 яблок, из которых все гнилые получат австрийцы, а хорошие СССР». Аргумент А.Я.

Вышинского, бывшего в то время министром иностранных дел СССР, ничем не отличался от мотивации его предшественника: «Австрия вместе с Германией вторглась на советскую землю и опустошила ее». Попытки западных дипломатов найти компромисс с Вышинским, особенно в вопросе о перераспределении нефтепромыслов, не увенчались успехом.

С октября по декабрь 1949 г. состоялось 33 заседания заместителей министров иностранных дел по Австрии, но на все вопросы советская делегация отвечала «нет». Представителю

Великобритании В. Малету изменила дипломатическая выдержка:

«Позиция Советского представителя является чудовищной и несправедливой. По всем несогласованным статьям мы получили отказ советской делегации. Я, к сожалению, не вижу, как мы сможем достигнуть соглашения по договору, если советская позиция будет всегда одинакова, то есть всегда, когда вопрос касается советских интересов, говорить: «Вот, что мы желаем и вот, на чем мы настаиваем». А как только затрагиваются наши интересы, говорить, что «наше правительство не может согласиться на это». Столь категоричная позиция советского дипломата Г.Н. Зарубина объяснялась тем, что как раз в это время проходили в Вене двусторонние советско-австрийские переговоры по урегулированию взаимных претензий. Они проходили, как обычно, в трудных условиях. Советская сторона выдвинула требование к австрийскому правительству погасить долг Советскому Союзу за содержание его оккупационных войск на своей территории. Канцлер Фигль отказался признать это требование. В этом случае СССР отказывался продолжать какие бы то ни было переговоры. Заместитель госсекретаря США С. Рибер так охарактеризовал сложившуюся ситуацию: «Мы затрудняемся понять, как мы можем продвинуться вперед, если все зависит от переговоров в Вене. Мешают ли какие-то цифры или старается кто-то получить новые шиллинги? Мы готовы пойти на уступки, но каждый раз мы встречаем новые требования Советского Союза».

Ощущение, что переговоры зашли в тупик и советская сторона намеренно их затягивает, не обманывало американского политика.

Представитель СССР получил директиву от МИД, в которой с предельной ясностью указывалось, что «при переговорах никаких уступок австрийцам не следует делать, переговоры вести так, чтобы не форсировать их и в то же время не давать австрийцам повода формально обвинять в затягивании переговоров».

Но тут произошел новый поворот в истории австрийского вопроса.

К концу 1949 г. западные страны, похоже, тоже охладели к возможности подписания договора с Австрией. Ситуация в послевоенной Европе стремительно менялась: в 1949 г. вступил в действие Североатлантический договор НАТО. По решению главнокомандующего вооруженными силами НАТО Д. Эйзенхауэра, Каринтия и Тироль были включены в «южную зону Европы» и подчинены командующему военно-морскими силами в Средиземном море американскому адмиралу Р. Керни. С 1950 г. оккупационные войска западных стран стали регулярно принимать участие в совместных с войсками из Западной Германии маневрах.

Западные страны начали сепаратные переговоры с австрийским правительством о возможности включения Австрии в систему НАТО. В этой связи проект Государственного договора, подписанного четырьмя оккупационными державами, уже начали рассматривать как препятствие новым военно-стратегическим планам.

Американская инициатива (декабрь 1950 г. - март 1955 г.)

Этот период имеет решающее значение в послевоенной истории австрийской государственности. Два обстоятельства, на наш взгляд, кардинально изменили не только ситуацию вокруг вопроса о суверенитете Австрии, но и механизмы разработки и принятия решений. Во-первых, в марте 1950 г. СССР объявил о наличии у него атомной бомбы. Советская дипломатия приобрела неоспоримое преимущество в переговорном процессе с Западом.

Последовала сразу же реакция американской администрации:

госсекретарь США Ачесон заявил, что Советский Союз мог бы положить конец «холодной войне». Но это была лишь декларация.

На деле процесс создания атлантической оборонительной линии получил серьезное ускорение и новый масштаб. Становилось очевидным, что США и их западные союзники стремятся вовлечь в сферу действия НАТО не только Западную Германию, но и часть Австрии, оккупированную западными войсками. Реализация этого проекта могла привести к расколу страны по «немецкому образцу»

и продвинула бы границы НАТО к западным рубежам СССР. С другой стороны, именно в этот период существенно меняется стратегия внешнеполитического курса СССР. Смерть Сталина в 1953 г.

положила начало «либерализации» советского общества и, соответственно, советской внешней политики: наблюдается определенный отход от догматических конфронтационных расчетов во внешнеполитическом планировании. Советская сторона выступила с рядом инициатив, в том числе и по австрийскому вопросу.

Привлечение дипломатических документов этого периода позволяет реконструировать процесс именно тогда начавшегося становления концепции австрийского нейтралитета.

13 марта 1952 г. посольство США в Москве направило в МИД СССР ноту, в которой сообщалось, что «Австрии, первой стране, оккупированной Гитлером, в Московской декларации 1943 г. было обещано восстановление ее полной независимости, однако прошло почти 9 лет, а это обещание все еще не выполнено.

Ответственность за такое положение вещей ложится полностью на советское правительство». В этой же ноте выдвигался проект так называемого «сокращенного договора», выработанный американской стороной, согласованный с правительствами Великобритании и Франции и поддержанный канцлером Л. Фиглем.

Текст «сокращенного договора» был опубликован 14 марта 1952 г. в газете «Винер куриер», издававшейся в Вене оккупационными властями США. Основное содержание этого документа сводилось к регламентации вывода оккупационных войск из Австрии. В нем отсутствовали все требования, которые были выставлены Советским Союзом в качестве условий подписания договора с Австрией. Новый американский проект был, по сути, демаршем, в котором демонстративно нарушались все основные договоренности, существовавшие по австрийскому вопросу между союзными державами. Австрийское правительство полностью поддержало идею «сокращенного договора» и 31 июля разослало странам-членам ООН меморандум, в котором отказывалось от проекта Государственного договора и просило поддержать на очередной сессии Генеральной Ассамблеи ООН предложение по австрийскому вопросу, составленное в духе «сокращенного договора».

Появление этого проекта и его поддержка тремя оккупационными державами в пику СССР заставило советскую дипломатию изменить свои ориентиры. Весной и летом проходили интенсивные консультации в Кремле. В ноте советского правительства от 14 августа 1952 г. резко осуждался «сокращенный договор» и выражалось стремление поддержать разработку Государственного договора с Австрией. А советский представитель в ООН А.А. Громыко заявил, что вопрос о Государственном договоре с Австрией подлежит компетенции четырех держав, «выполняющих оккупационные функции в Австрии».

Все же Генеральная Ассамблея ООН обратилась с призывом к этим державам о безотлагательном выполнении их обещаний по отношению к Австрии. Советская сторона согласилась участвовать в дальнейшей работе над текстом Государственного договора только при условии, что ее западные партнеры откажутся от идеи «сокращенного договора». Опять последовал период мучительных переговоров и взаимных претензий. Очередной дипломатический конфликт опять закручивался вокруг советских претензий на германские активы. Западные страны предлагали компромисс: они готовы отказаться от «сокращенного договора» при условии, что советское правительство не будет выдвигать претензии на германские активы. Но советская дипломатия продолжала настаивать только на отказе от «сокращенного договора».

В 1953 г. параллельно велись активные переговоры относительно положения в Германии, которые усугублялись волнениями в Восточном Берлине. Обсуждение австрийского вопроса советская дипломатия под руководством В.М. Молотова тесно увязывала с проблемой демилитаризации Германии.

Блокировались вопросы, связанные с определением границ, не признавалось предложение западных стран о проведении всегерманских свободных выборов.

По настоянию советской стороны австрийский вопрос должен был обсуждаться на Совещании министров иностранных дел в Берлине (25 января по 18 февраля 1954 г.), на котором предстояла дискуссия и по германскому вопросу. На повестке дня стоял проект мирного договора с Германией. Был приглашен также министр иностранных дел Австрии Л. Фигль, покинувший в 1953 г.



Pages:     | 1 || 3 |


Похожие работы:

«Доклад на торжественном заседании, посвященном 75-летию академической науки на Дальнем Востоке России, 25 октября 2007 года Исследования Тихого океана и дальневосточных морей России В.А. Акуличев Исторические сведения о первых русских исследователях Тихого океана и дальневосточных морей России относятся к XVI-XVII векам в связи с попытками наиболее смелых русских служивых людей найти возможность перехода морским путем из северо-восточной Сибири в Азию, огибая районы нынешней Колымы и Чукотки....»

«Российская академия наук Музей антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) Ю. Е. Березкин АФРИКА, МИГРАЦИИ, МИФОЛОГИЯ Ареалы распространения фольклорных мотивов в исторической перспективе Санкт-Петербург «Наука» Электронная библиотека Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (Кунсткамера) РАН http://www.kunstkamera.ru/lib/rubrikator/03/03_04/978-5-02-038332-6/ © МАЭ РАН УДК 39(6) ББК 63.5 Б4 Рецензенты: д-р филол. наук В.Ф. Выдрин д-р филол. наук Я.В. Васильков Березкин...»

«Министерство образования и науки Российской Федерации Федеральное государственное бюджетное учреждение высшего профессионального образования Иркутский Государственный Университет Кафедра Мировой истории и международных отношений Калугин Петр Евгеньевич Современное стратегическое сотрудничество Российской Федерации с Турцией в сфере энергетики Специальность 07.00.03 Всеобщая история ДИССЕРТАЦИЯ на соискание ученой степени кандидата исторических наук Научный руководитель: д.и.н., профессор Дятлов...»

«ИЗУЧЕНИЕ ОБЩЕСТВЕННОГО МНЕНИЯ И РЫНКА В РОССИИ. ПРОШЛОЕ И НАСТОЯЩЕЕ DOI: 10.14515/monitoring.2014.5.11 УДК 316.334.2:339.13+929Демидов А.М.ДЕМИДОВ: «В 1991 ГОДУ GfK-РУСЬ СОСТОЯЛА ИЗ ТРЕХ ЧЕЛОВЕК, А СЕЙЧАС НАС – 380» (интервью генерального директора ГфК-Русь А.М. Демидова Б.З.Докторову) Мне бы очень хотелось, чтобы мое интервью 1 с А.М. Демидовым прочитало как можно больше «чистых» социологов, исследователей рынка, полстеров и историков этих трех аналитических направлений. Видимо, я слишком...»

«А.В.Гадло ЗТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ С Е В Е Р Н О Г О КАВКАЗА IV-XBB. ЛЕНИНГРАДСКИЯ ОРДЕНА ЛЕНИНА И ОРДЕНА ТРУДОВОГО КРАСНОГО ЗНАМЕНИ ГОСУДАРСТВЕННБ1Й УНИВЕРСИТЕТ имени А. А. ЖДАНОВА А. В. ГАДЛО ЗТНИЧЕСКАЯ ИСТОРИЯ СЕВЕРНОГО КАВКАЗА IV—X вв. ИЗДАТЕЛЬСТВО ЛЕНИНГРАДСКОТО УНИВЕРСИТЕТА ЛЕНИНГРАД, 1979 Печатается no постановлению Редакционно-издательскогч совета Ленинградского университета Книга посвящена периоду IV—X вв., имевшему особо важное зна­ чение в формировании современннх зтнических общностей...»

«СОВЕТ ПЕНСИОНЕРОВ-ВЕТЕРАНОВ ВОЙНЫ И ТРУДА НЕФТЯНАЯ КОМПАНИЯ «РОСНЕФТЬ» Из истории развития нефтяной и газовой промышленности ВЫПУСК ВЕТЕРАНЫ Москва ЗАО «Издательство «Нефтяное хозяйство» УДК 001(091): 622.276 В39 Серия основана в 1991 году Ветераны: из истории развития нефтяной и газовой промышленности. Вып. 25. – М.: ЗАО «Издательство «Нефтяное хозяйство», 2012. – 232 с. Сборник «Ветераны» содержит воспоминания ветеранов-нефтяников и статьи, посвященные истории нефтяной и газовой...»

«www.zhaina.com – Нахская библиотека – Вайнехан жайницIа «Из тьмы веков» Идрис Базоркин Об авторе Энциклопедия жизни ингушского народа В литературе каждого народа есть имена, которые вписаны в ее историю золотыми буквами. В ингушской художественной литературе это имя Идриса Муртузовича Базоркина. Когда бы и кто не перечислял ингушских писателей или наиболее значимые их произведения, ему не обойтись как без имени Базоркина, так и без его романа-эпопеи «Из тьмы веков». Будут появляться новые...»

«БОГОСЛОВСКИЕ ТРУДЫ XV Протоиерей Александр ДЕРЖАВИН, магистр богословия ЧЕТИИ-МИНЕИ СВЯТИТЕЛЯ ДИМИТРИЯ, МИТРОПОЛИТА РОСТОВСКОГО, КАК ЦЕРКОВНОИСТОРИЧЕСКИЙ И ЛИТЕРАТУРНЫЙ ПАМЯТНИК «Вплести хотя малую веточку в тот венок Славы, каким увенчан Святитель Димитрий, прибавить новые черты к его привлекательно­ му, с детства знакомому образу,— вот те внут­ ренние побуждения, которые руководили мною во время работы». Протоиерей Александр Державин (1871—1963 гг.) ОТ РЕДАКТОРА Четии-Минеи Святителя Димитрия...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» Институт наук о Земле Кафедра минералогии и петрографии Нечаева Юлия Александровна Минералого-технологические особенности глинистых пород аалена среднего течения р.Белой ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА БАКАЛАВРА по направлению 050301 – Геология Автор: студентка 4 курса Нечаева Юлия Александровна Научный руководитель: доцент...»

«ОБРАЗОВАНИЕ: РЕСУРСЫ РАЗВИТИЯ С ОД Е РЖ А Н И Е : Главный редактор О. В. Ковальчук, д-р пед. наук, доцент Редакционная коллегия КОЛОНКА ГЛАВНОГО РЕДАКТОРА Зам. главного редактора О. В. Ковальчук. Патриотическое воспитание сегодня В. П. Панасюк, д-р пед. наук, проф. – основа гражданского становления личности школьНаучный редактор 3 ника А. Е. Марон, д-р пед. наук, проф. К 70-летию ВЕЛИКОЙ ПОБЕДЫ Литературный редактор Д. В. Рогов. Феномен исторической памяти народа и Е. В. Романова его отражение...»

«Обязательный экземпляр документов Архангельской области. Новые поступления март 2015 года ЕСТЕСТВЕННЫЕ НАУКИ ТЕХНИКА СЕЛЬСКОЕ И ЛЕСНОЕ ХОЗЯЙСТВО ЗДРАВООХРАНЕНИЕ. МЕДИЦИНСКИЕ НАУКИ. ФИЗКУЛЬТУРА И СПОРТ ОБЩЕСТВЕННЫЕ НАУКИ. СОЦИОЛОГИЯ. СТАТИСТИКА Статистические сборники ИСТОРИЧЕСКИЕ НАУКИ ЭКОНОМИКА ПОЛИТИЧЕСКИЕ НАУКИ. ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ. ГОСУДАРСТВО И ПРАВО. 17 ЮРИДИЧЕСКИЕ НАУКИ Сборники законодательных актов региональных органов власти и управления ВОЕННОЕ ДЕЛО КУЛЬТУРА. НАУКА ОБРАЗОВАНИЕ...»

«Серия «ЕстЕствЕнныЕ науки» № 1 (5) Издается с 2008 года Выходит 2 раза в год Москва Scientific Journal natural ScienceS № 1 (5) Published since 200 Appears Twice a Year Moscow редакционный совет: Рябов В.В. ректор МГПУ, доктор исторических наук, профессор Председатель Атанасян С.Л. проректор по учебной работе МГПУ, кандидат физико-математических наук, профессор Геворкян Е.Н. проректор по научной работе МГПУ, доктор экономических наук, профессор Русецкая М.Н. проректор по инновационной...»

«ИСТОРИЯ НАУКИ *й ЭО, 2009 г., № 4 © Э. Г. Александренков ЧТО ИНТЕРЕСОВАЛО РОССИЙСКИХ ЭТНОГРАФОВ В ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКЕ? Ключевые слова: Латинская Америка, этнография, этническая история, древняя письменность, системы родства, культура, письменные источники, мифы, мировоззрение, новые народы, индеанистские симпозиумы, Этнографический атлас Кубы На темы, связанные с этнографией Латинской Америки, в России писали историки, археологи, языковеды и другие специалисты, работы которых оценены в статьях...»

«Потомки Ноя ПОТОМКИ НОЯ: из прошлого в будущее Сулейманов Джамбулат К эволюции нахов От редактора           Отличие оптимиста от пессимиста состоит в том, что пессимист надеется на самое лучшее, и если события развиваются достаточно благоприятно, но всё же не так хорошо, как бы ему хотелось, пессимист расстраивается. Оптимист же всегда готов к самому худшему, и потому радуется даже минимальному улучшению ситуации.           Прочитав эту книгу, и безнадёжный пессимист не сумеет по-настоящему...»

«УДК 342 КОНСТИТУЦИОННО-ПРАВОВОЙ СТАТУС ПРОКУРАТУРЫ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ: ПРОБЕЛЫ ЗАКОНОДАТЕЛЬНОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ Э.Н. Примова1, Н.Н. Примов2 ведущий научный сотрудник, кандидат исторических наук, кандидат юридических наук, доцент. Академия Генеральной прокуратуры Российской Федерации (Москва), Россия Аннотация. Статья посвящена проблеме реформирования прокуратуры и еще большей незавершенности определения ее статуса в Конституции Российской Федерации в свете изменений, произошедших в результате...»

«Выпуск 2 ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ И ГЕРОИКО-ПАТРИОТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ В ОБРАЗОВАТЕЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ ПАТРИОТИЧЕСКИХ ОБЪЕДИНЕНИЙ Не ради славы, во благо Отечества! Выпуск 2 ДУХОВНО-НРАВСТВЕННОЕ И ГЕРОИКО-ПАТРИОТИЧЕСКОЕ ВОСПИТАНИЕ В ОБРАЗОВАТЕЛЬНОМ ПРОЦЕССЕ ПАТРИОТИЧЕСКИХ ОБЪЕДИНЕНИЙ При реализации проекта используются средства государственной поддержки, выделенные в качестве гранта в соответствии с распоряжением Президента Российской Федерации от 29.03.2013 № 115-рп и на основании конкурса, проведенного...»

«Аннотация дисциплины История Дисциплина История (Модуль) Содержание Предмет историии. Методы и методология истории. Историография истории России. Периодизация истории. Первобытная эпоха человечества. Древнейшие цивилизации на территории России. Скифская культура. Волжская Булгария. Хазарский Каганат. Алания. Древнерусское государство IX – начала XII вв. Предпосылки создания Древнерусского государства. Теории происхождения государства: норманнская теория. Первые русские князья: внутренняя и...»

«российский гумАнитАрный нАучный фонд русский язык в современном мире АннотировАнный кАтАлог нАучной литерАтуры, издАнной при финАнсовой поддержке ргнф РОССИЙСКИЙ ГУМАНИТАРНЫЙ НАУЧНЫЙ ФОНД РУССК И Й я зЫ К в СОвРеМ еН НОМ М И Ре АННОТИРОвАННЫЙ КАТАлОГ НАУЧНОЙ лИТеРАТУРЫ, ИзДАННОЙ ПРИ ФИНАНСОвОЙ ПОДДеРЖКе РГНФ МОСКвА 2015 ББК 78.37 Р89 Русский язык в современном мире: Аннотированный каталог научной литературы, изданной при финансовой поддержке Р89 РГНФ / Сост.: Ю.л.воротников, Р.А.Казакова;...»

«Наймарк Елена Александровна РОЛЬ ШКОЛЫ-ГИМНАЗИИ № 80 В ИСТОРИИ ПЕТРОГРАДСКОЙ СТОРОНЫ. ПРИМЕНЕНИЕ СХЕМАТИЧЕСКИХ КОНСПЕКТОВ ЛЕКЦИЙ. Заместитель директора ЧОУ ДПО «Учитель-про» С точки зрения исторических и культурологических наук (краеведения, мировой художественной культуры, истории Отечества, эволюции образования и педагогики) архитектурный ансамбль здания школы № 80 с углубленным изучением английского языка (строился как Учищный дом имени А.С. Пушкина) представляет поистине выдающееся...»

«Введение к монографии «Очерки аграрной истории Европейской России XIX — начала 1XX в.» (1994 г.) 1994 г. Загорново. Мое подмосковное имение размером в шесть соток на 55-м километре Рязанской железной дороги. Оформилось намерение завершить работу над изучением аграрной истории России XIX — начала XX в. Имеется в виду написать очерки аграрной истории России конца XIX — начала XX в. Разумеется, начало всякой работы, предыстория к ней, должны обозначить те цели, которые ставятся в этом...»







 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.