WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 34 |

«ИСТОРИЯ ВОСТОКА в шести томах Главная редколлегия Р.Б.Рыбаков (председатель), Л.Б.Алаев, К.З.Ашрафян (заместители председателя), В.Я.Белокреницкий, Д.Д.Васильев, Г.Г.Котовский, ...»

-- [ Страница 15 ] --

В результате Матарам перестал существовать как сильное государство. Компания не только захватила часть его владений, но и поставила под контроль его северный порт и столицу Картасуру, где был размещен голландский гарнизон. С точки зрения внутреннего развития Матарама главным результатом этих событий было ослабление торгово-ремеслен-ных элементов государства. Это привело к укреплению власти титулованной знати, значительная часть которой после восстания Трунаджаи стала ориентироваться на союз с колонизаторами, что явственно обнаружилось в последующий период матарамской истории.

Добившись контроля над Матарамом, ОИК обратилась к бантенским делам. Ставший в 1681 г.

генерал-губернатором, Спеелман проявлял особую заинтересованность в установлении голландского владычества в Бантене, где продолжали существовать фактории торговых соперников ОИК — англичан, французов, португальцев и датчан.

17 апреля 1684 г. султан Хаджи, обязанный троном Компании, подписал с последней договор, согласно которому Бантен переходил под покровительство ОИК, султан предоставлял голландцам монополию на торговлю перцем, тканями и опиумом и обязывался изгнать всех иноземцев, кроме голландцев, из своих владений.

Таким образом, к середине 80-х годов XVII в. ОИК сумела подчинить оба яванских государства и существенно расширить свои территориальные владения на острове.

*** Ислам принес новые веяния и влияния в культурную жизнь Нусанта-ры и способствовал активизации ряда ее аспектов.

В развитых районах Архипелага в XVI—XVII вв. происходило сближение «высокой», санскритизированной культуры и культуры массовой, чему ислам, несомненно, способствовал. И наконец, на Архипелаге появляются новые центры культуры, хотя ведущая роль по-прежнему остается за Явой. Взаимопроникновение и взаимовлияние культур кратона и народной, возникновение наряду с утонченным двором провинциальных центров и аристократических усадеб, внедрение усложненных форм теологии, расцвет литературы и театра, появление торговых городов и рост ремесел — все это создавало новые явления и в яванской культуре.

Приход и победа ислама на Архипелаге существенно повлияли на Индонезию: возникла культура прибрежных районов, связанных общим языком; сюжеты исламских мифов, персидских и арабских произведений были перенесены на местную почву и вошли в фонд местных литератур;

благодаря работам мусульманских богословов и мистиков-суфиев Архипелаг познакомился не только с достижениями мысли мусульманского мира, но и с греческой философией.

На передний план в качестве языка общения выдвинулся малайский, и малайская литература соответственно в XVI—XVII вв. заняла ведущие позиции. Вначале арабописьменная малайская проза была представлена переводными мусульманскими романами. Затем в ее круг были включены произведения, существовавшие до этого в устном виде, особенно малайские рыцарскоприключенческие романы. Значительные произведения были созданы на малайском языке в области теологии и исторической прозы. Центрами малайского языка и литературы были Пасей и Аче на Суматре и Малакка на Малаккском полуострове, хотя малайская культурная традиция существовала и в Палембанге, и на Риау, и в Брунее, и на побережье Калимантана.

В конце XVI — первой половине XVII в. на северной Суматре, издавна бывшей центром распространения ислама на Архипелаге, создается ряд теологических сочинений на малайском языке. Самым крупным из их авторов был Хамза Пансури, живший в Аче в конце XVI — первой половине XVII в. По своим философским взглядам он был приверженцем суфизма крайне монистического толка. Хамза оставил три богословских трактата — описания мистического самосовершенствования и размышления о бытии и свойствах бога, но более всего он известен своими религиозными поэмами, которые оказали заметное влияние на дальнейшее развитие малайской поэзии.

Крупным богословом второй половины XVII в., писавшим на малайском языке, был Абдуррауф Сингкельский (1615—1693), до сих пор почитаемый в Аче как святой. Он оставил сочинения по суфизму и мусульманскому праву, в которых сосредоточил внимание на предостережении от крайностей и нетерпимости в вере.

Для малайской литературы с самого начала был характерен интерес к исторической прозе.

Малайская историческая проза XVI—XVII вв., несмотря на содержащийся в ней обильный мифологический, легендарный материал, уже лишена магического значения яванских поэмхроник.

9 — 876 Ислам на Яве подвергся «яванизации». Новые произведения — сера-ты, повествовавшие о мусульманских пророках и святых, и сулуки, суфийские поэмы, оказались тесно связанными с местной доисламской традицией. Ислам с его идеей линейного (в отличие от индо-яванского циклического) времени подтолкнул яванскую литературу к рождению местных хроник-бабадов и вообще к соотнесению мифологических персонажей и событий с хронологией, т.е. в XVI — начале XVII в. были заложены основы для составления яванского исторического свода.

Распространение ислама с его запретом изображать человека и животных оказало затормаживающее влияние на индонезийскую архитектуру и скульптуру. В первое время (XV—XVI вв.) индонезийские архитектурные формы еще использовались при строительстве мусульманских мечетей, гробниц и минаретов. Так, минарет в Кудусе (начало XVI в.) почти целиком воспроизводит форму восточнояванского чанди с той разницей, что наверху находится не глухое многоярусное ступенчатое покрытие, а открытая площадка, над которой на деревянных колоннах покоится легкая пагодообразная крыша. Ворота мусульманского кладбища в Сандангдувуре напоминают вход в храмовых комплексах восточной Явы. С течением времени стиль храмовых построек все больше приближается к стилю традиционной арабской мечети. Скульптура вообще перестала существовать, и в оформлении построек ведущее место занял орнамент, который развивался на базе традиционных индонезийских мотивов.

Глава 14

ВОСТОЧНЫЙ ТУРКЕСТАН В XVI-XVII вв.

В течение XV в. владения могольских ханов в центре Азии постепенно расширялись.

Сначала они ограничивались кочевьями Моголиста-на — от оз. Балхаш на западе до оз.

Баркуль на востоке. Позднее влияние и власть Моголов распространились к югу от ТяньШаня — на Каш-гарию, или Восточный Туркестан. Уже в первой четверти XV в. Моголы контролировали Турфанский оазис в восточной части этой страны.

В начале XVI в. под натиском сильных кочевых соперников (узбеков-шейбанидов, узбеков-казахов) они были вынуждены постепенно оставить свои владения в Моголистане, а также в Фергане. Часть Моголов и их правящей династии нашли прибежище в Кабуле и Индии, основав там государство Великих Моголов, другая — обосновалась в Восточном Туркестане. Западная часть Могольского государства с центром в Яркенде возникла на месте бывшего государства Караханидов (илек-ханов), исламизированного в начале XI в. Восточный могольский удел [Турфан и Чалыш (Карашар)] — это земли бывшего буддийского царства Кочо (X—XIII вв.). Если Моголы приняли ислам в XIV в., то исламизация этого удела завершилась лишь в начале XVI в.

Однако в могольской политике историко-культурная разнородность страны сказывалась в рассматриваемый период уже незначительно.

До начала XVI в. оазисы Восточного Туркестана контролировались влиятельными могольскими кланами, например Кашгар — кланом Чура-сов, но политически оставались периферией державы Моголов. Могольский эмир Абу Бекр Чурас полновластно правил Кашгаром до того, как центр Могольского ханства переместился в Восточный Туркестан.

Этот могущественный соперник ханов с трудом был изгнан последними из своих владений. Затем Могольское государство целиком сосредоточилось на восточнотуркестанской земле, поначалу объединив почти всю эту страну, за исключением Комульского оазиса.

Комул на протяжении всего XV века пребывал в сфере ожесточенного военнополитического соперничества Моголов и ойратских правителей. В домонгольские времена (до XIII в.) самостоятельное Комульское княжество не существовало, город и оазис входили в древнеуйгурское царство Кочо, а сам топоним «Комул» не был известен. В период усобиц между наследниками Чингис-хана и их потомками царство распалось, а в первой половине XIV в. почти одновременно с государством Моголов возникли Турфанское и Комульское княжества. Когда первое перешло под контроль Моголов, второе осталось яблоком раздора между Моголами, ойратами и сравнительно слабым минским Китаем.

Пока ойратское государство было сильнее своих соседей, Комул подчинялся его влиянию.

К концу XV в., после гибели Эсена-тайджи и распада ойратского объединения, Комул все сильнее испытывал давление могольских правителей соседнего Турфана. Лишившись сильных ойрат-ских союзников, комульские князья-буддисты тщетно искали поддержки в лице слабеющей империи Мин. Испытав еще в середине XV в. сокрушительные удары ойратов, она становилась все пассивнее в центре Азии. Под натиском Моголов и союзной им общины комульских мусульман местные князья, как двумя веками ранее последние цари Кочо, все чаще искали убежища на северо-западной окраине Минской империи (ныне — китайская провинция Ганьсу).

Процесс интеграции ханства Моголов в Восточном Туркестане в первой четверти XVI в. повлек за собой и окончательное присоединение Комула к могольским владениям. Через десять лет после смерти моголь-ского Султан Ахмад-хана (1487—1504) его сыновья Мансур и Султан Сайд поделили свои восточнотуркестанские владения (1514 г.). Младший брат — Султан Сайд стал править западной частью страны с центром в новой могольской столице — Яркенде. Но старшинство в ханском роде сохранил Мансур-хан, удельный правитель Турфана и Чалыша (Карашара), с именем которого чеканилась могольская монета. Мансур не только успешно воевал с ойратами, но и подчинил Комул. Для устрашения властей минского Китая он предпринял ряд нападений на его западную окраину (нынешняя Ганьсу). Его конница проникала в глубь территории Китая, вынуждая местные власти запираться в городах Гань-чжоу и Сучжоу.

Лишившись кочевий Моголистана, Могольское государство укрепилось в Восточном Туркестане.

Султан Саид-хан (1514—1533) много^ усилий затратил на стабилизацию государства и походы против соседей. Он ходил войной в Фергану и Андижан на северо-западе, Бадахшан и Болор на западе, Кашмир и Тибет на юге и юго-востоке, Моголистан на севере и северо-востоке. В итоге границы Могольского государства стабилизировались. Однако вернуть Моголистан не удалось ни ему, ни его потомкам, ни его брату Мансуру, несмотря на его победы над ойратами.

В 1533 г. на обратном пути из успешного, но изнурительного тибетского похода Султан Сайд умер. Его наследник Абд ар-Рашид (1533— 1560) вступил на ханский престол в Яркенде. Но с первых же дней царствования он столкнулся с сопротивлением своего дяди — турфан-ского удельного хана Мансура, хотя тому не удалось добиться перевеса над племянником. Новый хан сумел подавить и сопротивление ряда эмиров, собравшихся на юго-востоке страны, в Хотане, а сами они вскоре были изгнаны из страны. Для укрепления власти Абд ар-Рашид вынужден был передать своему сыну — наследнику престола не наследный удел — Кашгар, а пограничные с владениями Мансура оазисы Уш (Уч) и Аксу.

Удел Аксу был вверен наследнику престола потому, что непосредственно граничил и был связан перевалами с Моголистаном, захваченным казахами и киргизами. Часть киргизов еще в XV в.

поселилась в могольских владениях, куда их оттеснили ойраты Амасанджи-тайджи, а в 30-е годы XVII в. киргизы осели вокруг Кашгара. Этот последний был поручен четвертому сыну хана — Суфи-султану, а Хотан, прикрывавший столицу с юго-востока, — седьмому сыну, Курейшсултану. Так в Восточном Туркестане XVI в. утвердился территориально-политический дуализм — борьба яркендской и турфанской ветвей Моголов. Обе ветви династии боролись за столицу и центральные уделы, т.е. за ханский престол в Яркенде. Расположенные восточнее Аксу городаоазисы Бай и Кучар ханам то и дело приходилось отбивать у турфанских родственников. Абд арРашид-хану удалось нанести урон новым хозяевам Моголистана — казахам и киргизам, но не вернуть эти земли. Его двадцатисемилетнее царствование по драматизму сходно с периодом правления его отца — основателя яркендского ханства Султан Сайда. Во внешней политике Абд ар-Рашид от союза с казахами против узбеков перешел к союзу с последними против казахов.

Впрочем, и этот союз с прежде заклятыми врагами моголов не принес победы и не помог вернуть МогоПосле смерти Абд ар-Рашида его сын Абд аль-Керим (1560—1591) правил Восточным Туркестаном более тридцати лет.

Он, в сущности, отказался от попыток вернуть кочевья Моголистана, и вторая половина XVI в. протекла в Восточном Туркестане довольно мирно. Менее стабильным было положение во владениях Шах-хана, сына Мансура (включавших Турфан, Чалыш и Комул). Шах-хан продолжал воевать с ойратами (калмыками) и погиб в борьбе с ними в 1570 г., тогда как союз с последними заключил его собственный брат-соперник — Мухаммед, который на время сумел закрепиться в Комуле. В свою очередь, против него выступил еще один брат Шаххана — Суфи-султан. В этой длительной усобице принимали участие также султаны (принцы) Курейш и Ху-дабенде. Некоторое время они правили турфанским уделом, но были вытеснены оттуда Абд аль-Керимом.

Самих по себе усобиц, осложненных соперничеством эмиров и вмешательством внешних сил, для быстрого упадка Могольского ханства было недостаточно. Предпосылки к нарастанию усобиц в Восточном Туркестане имелись и ранее, но в XVI в. их негативное влияние сказывалось меньше.

Территориальная разобщенность восточнотуркестанских оазисов никогда в истории страны не была непреодолимой, их извечно связывали караванные пути, общая история и культура.

Глубокий кризис политической системы Могольского ханства обозначился с начала XVII в., именно тогда, когда началось резкое усиление политического влияния вождей суфийских группировок ходжаган.

Исламский духовный орден накшбандийа-ходжаган появился в Средней Азии в XV в. и лишь в XVII в. распространил свою деятельность на Восточный Туркестан. Основатель ордена Бахаадин Накшбанди Бухараи умер в 1389 г., а в свержении Улугбека важную роль сыграл ходжа Ах-рар — основатель движения ходжаган. На Восточный Туркестан впервые пытался распространить деятельность ордена ходжа Махмуд-и Азам (Ахмад Касани), возглавивший орден в 1490 г. Он углубил учение о та-рикате — мирском служении суфиев ходжаган по обращению в ислам тюрок-язычников. Отрицая традиционное отшельничество суфиев, тари-кат, напротив, предусматривал активное вмешательство в политику. Эти интересы привели ходжей в давно уже исламизированный Восточный Туркестан.

Жестокое соперничество двух группировок ходжаган — «белогорцев» (актаглык) и «черногорцев» (каратаглык), охватившее в XVII в. и Восточный Туркестан, имело длительную историю. Старший из тринадцати сыновей Ахмада Касани (Махмуд-и Азама) — Мухаммед Амин вошел в историю как ходжа Ишан-и Калан (отсюда второе название «белогорцев» — ишкия). Его младший брат, Мухаммед Исхак Вали, был его соперником в борьбе за наследие отца (отсюда второе название «черногорцев» — исхакия). Влияние ходжей на верующих было таким сильным, что они не стеснялись прибегать к голому насилию и к изощренным интригам. В борьбе за власть и богатство хорошо организованный религиозный орден всеми средствами вербовал простых и, что еще важнее, знатных светских последователей — мюридов. К последним принадлежали и члены могольской династии. Зная силу и влияние ходжей в стране и регионе, ханы предпочитали одаривать их щедрыми земельными пожалованиями и другими наградами. В руках ходжей оказались и ценнейшие ханские копи знаменитого восточнотуркестанского нефрита..Однако только в XVII в. ходжи стали влиятельнейшими феодалами Восточного Туркестана. Напротив, в XVI в. первая попытка утвердиться в стране закончилась неудачей для самого ходжи Исхака Вали.

Такие сильные ханы, как Абд ар-Рашид или Абд аль-Керим (чья власть была достаточно стабильна, а соперники — слабы), предпочитали союз с более умеренным духовенством местного ордена увейсия. В центре учения этого ордена стоял культ местного кашгарского святого — основателя первого исламского государства в Восточном Туркестане Са-тук Богра-хана (Карахана;

XI в.). Общей святыней для увейситов и мо-гольских ханов была гробница Карахана в древней караханидской столице — Кашгаре, уделе наследников яркендского престола.

Именно влияние ордена увейсия при дворе Абд аль-Керима помешало ходжам проникнуть туда. Но хотя ходжа Исхак и был выслан из страны, ему удалось добиться духовного влияния на далеко уступавшего своему отцу (Абд аль-Кериму) наследника престола — будущего Мухаммед-хана. Тот был назначен ходжой Исхаком ни больше ни меньше как главой (халифа) всех мюридов ордена в Восточном Туркестане. Но реальное руководство мюридами и манипулирование властью султана осуществлял умелый и жестокий политик, эмиссар ходжи Исхака Шатур-халифа.

В 1591 г. Абд аль-Керим умер, но лишь через три месяца на престол взошел вернувшийся из узбекского похода его сын Мухаммед-хан. Начало его правления отмечено волнениями среди могольских султанов и внезапным нападением узбеков на могольскую столицу — Яркенд (1 г.). Нападение удалось отбить с немалым для неприятеля уроном. Для решения «внутреннего»

турфанского вопроса новому хану ничего не оставалось, как пожаловать турфанский удел своему младшему дяде — Абд ар-Рахиму. Тот отбил удел у Худабенде-султана. Последний сменил своих прежних, казахских союзников на ойратских, но те его предали и выдали Абд ар-Рахиму, который в это тревожное время княжил в Турфане целых сорок лет (1595—1635).

Уже в начале XVII в., когда царствование Мухаммед-хана подходило к концу, Абд ар-Рахим взбунтовался против своего племянника, но был разбит и потерял Карашар. Сорокалетняя борьба турфанского Абд ар-Рахима за яркендский престол дестабилизировала государство в целом.

Участие казахских ханов и султанов в местных усобицах на стороне тур-фанцев придавало этим усобицам международное значение. Но казахские ханы увязали в собственных раздорах, ради чего сами подчас искали союза с турфанскими Моголами.

В обстановке кризиса ханской власти при Мухаммед-хане реванш за неудачу своего отца ходжи Исхака взял его сын и предводитель «черногорцев» Ходжа Шади (Мухаммед Яхья). Вскоре он приобрел такое политическое влияние, что выступал посредником между ханами и их эмирами, организовывал устранения ханов. Он посредничал в конфликте Абд аль-Латифа (Аппак-хана) с турфанским Абд ар-Рахимом, участвовал в заговоре с целью убийств Шудж ад-Дин Ахмад-хана и Султан Ахмад Пулад-хана. После воцарения своего покровителя Мухаммед-хана «черногорцы»

укрепились в окрестностях столицы. Удел же наследников престола — Кашгар закрепили за собой их собратья-соперники «бело-горцы».

Прочность позиций ходжей в могольской политике объясняется не только их полувоенной организацией, политическим опытом и международными связями, но прежде всего глубоким влиянием ордена на ведущих эмиров. Так, заместителем самого Ходжи Шади стал видный представитель клана Чурасов — Мазид-бек (Халифа-бек). Этот эмир назывался так благодаря своему духовному титулу — халифат алъ-хулафа, престижному для мирянина: от имени ходжи его обладатель мог руководить паствой — мюридами. Мазид-бек сыграл важную роль в убийстве Султан Махмуда (Кылыч-хана). При этом происходило синхронное возвышение клана Чурасов и ходжей-«черногорцев». Мухаммед-хан и его окружение рассчитывали выиграть от противопоставления духовных феодалов светским, но явно ошиблись в расчетах, ибо та и другая группировки объединились.

Мухаммед-хан умер после восемнадцатилетнего царствования в 1610 г. Его сын Шудж ад-Дин Ахмад-хан захватил престол с помощью влиятельных могольских эмиров, а дядей своих — правителей Хотана и Сарыко-ла — изгнал в Среднюю Азию. В его царствование обострились отношения как внутри яркендского ханства, так и последнего с Турфаном. Тур-фанский Абд арРахим продолжал воевать со своими яркендскими родственниками. Против Шудж ад-Дин Ахмада выступил и его зять, сын Худабенде-султана. После десятилетнего царствования хан погиб в результате заговора. Младшему его сыну, Абд аль-Латифу (Ап-пак-хану, 1619—1629), пришлось воевать за престол с узурпатором Ку-рейш-султаном. Аппак-хан совершил ряд успешных походов против казахов и киргизов, но и сам погиб в этой борьбе.

Разразилась усобица между его сыновьями — Султан Ахмад-ханом и свергнувшим его Султан Махмуд-ханом. Процарствовав всего три года, Махмуд умер в 1635/36 г. Последующие пять лет яркендским ханством правил Султан Ахмад-хан, пока его не сверг Абдаллах — сын Абд ар-Рахима. Турфанские Моголы боролись с яркендцами не за отделение от единого государства, а за центральную власть. В 1639/40 г. под руководством Абдаллаха они победили в этой борьбе. Он смог свергнуть Султан Махмуда (Кылыч-хана) с помощью не только эмиров, но и ходжей.

В первой трети XVII в. обстановка в Восточном Туркестане весьма осложнилась. После смерти Мухаммед-хана вся западная («яркендская») часть государства вошла в полосу острого кризиса, усобицы не утихали более тридцати лет. В результате практически все яркендские ханы были свергнуты и даже убиты. В начале 40-х годов власть над всей страной захватила турфанская (восточная), т.е. старшая, ветвь династии Моголов в лице Абдаллах-хана, а представители младшей были изгнаны из страны.

Объединение Восточного Туркестана Абдаллахом должно было бы стабилизировать страну, но на деле этого не произошло. Если в течение около ста предшествующих лет западная (яркендская) часть ханства укреплялась, то всего за тридцать лет (после 1609 г.) пришла в полный упадок, после чего перешла под контроль турфанской ветви могольской династии. Абдаллах-хан сумел продержаться у власти почти тридцать лет не в последнюю очередь благодаря тому, что балансировал между разными группировками местной, иноземной по происхождению знати. Он открыто противопоставлял могольским эмирам киргизских биев, уже в 1631 г. вмешавшихся в яркендские усобицы. Позднее Абдаллах не только воевал с «внешними», тянь-шаньскими.киргизами, но и использовал кашгарских киргизов против своих противников и друг против друга. При Абдаллахе наметилось вытеснение могольских эмиров киргизами с командных постов в ханском войске.

Положение в стране обострилось после образования в 1635 г. сильного Джунгарского ханства.

Поначалу Абдаллаху удавалось изгонять ойратов, вторгавшихся в Восточный Туркестан на всю глубину его территории. Но они все активнее поддерживали султанов Исмаила, Ибра-хима и Йолбарса против Абдаллаха. Непримиримая борьба двух ветвей ордена ходжаган усугубила противоречия хана с его наследниками. Глава «белогорцев» Аппак-ходжа подчинил своему влиянию честолюбивого сына Абдаллаха — Йолбарса. Женившись на тетке наследного принца, ходжа стал родственником правящей династии. В Яркенде Абдаллах-хан и его союзник, «черногорский» ходжа Мухаммед Абдаллах (Ходжам Падишах), усмотрели в поведении наследника престола и главы «белогорцев» опасность для ханской власти. Они вынудили Йолбарса бежать к ойратам. Однако объединенными усилиями ойратов, султанов и ходжей Абдаллаха удалось свергнуть. После двадцати семи лет правления он был изгнан в Индию (1667 г.). Абдаллах оказался последним могольским ханом, который правил долго при относительно стабильной обстановке в стране. После его свержения начался быстрый упадок ханства.

Яркендские ханы все более опасались гегемонии «сильных домов» — кланов могольских эмиров, своей главной политической опоры, костяка своей военно-феодальной администрации. К сильнейшим могольским кланам принадлежали барласы, арлаты, дуглаты, чурасы. Политический вес этих кланов бывал неодинаков. Так, чурасы не всегда принадлежали к родам первой руки. В первой трети XVI в. Султан Сайд опирался на род дуглатов, занимавших самые влиятельные посты. После 1533 г. Абд ар-Рашид-хан опирался уже на барласов. Дуглаты лишились преобладающего положения при яркендском дворе, а Мирза Хайдар покинул страну, став правителем Кашмира. Позднее Абд аль-Керим расправился с двумя влиятельнейшими эмирами из барласов.

С начала XVII в. заметно возвышаются чурасы. Более того, постепенно и в столице, и в уделах соперничество двух ветвей яркендских Моголов дополнилось борьбой двух ветвей могущественного клана чурасов. Служа разным удельным правителям (и в яркендской части ханства, и даже в турфанской), чурасы бывали и союзниками, и противниками друг друга.

Но они не скрывали, что полнота власти в государстве сосредоточивалась именно в их руках. Уже в 1614 г. Тимур-султан (Зия ад-Дин Ахмад), сын Шудж ад-Дин Ахмад-хана, при первых признаках возвышения чурасов организовал убийство сразу четверых из них. Тем не менее остановить возвышение новых гегемонов не удалось. Именно с помощью чурасов Абдаллах сверг своих яркендских родственников, но оставаться заложником чурасов он не пожелал.

В XVII в. в борьбе с эмирами «сильных домов» ханы пытались опереться на две альтернативные силы: немогольских кочевников и влиятельных религиозных лидеров — суфийских ходжей.

Однако ханам не удалось ни взаимно уравновесить бесконтрольные могольские кланы во главе с чурасами, ни нейтрализовать иноземцев.

К этому времени Восточный Туркестан был поделен на зоны влияния двух ойратских правителей — Сенге и Элдана-тайджи. При поддержке Сенге и ходжи Аппака Йолбарс ненадолго захватил престол, но вскоре был убит в результате заговора «черногорцев» и ойратов во главе с противником Сенге Элданом-тайджи. Те привели в 1670 г. к власти Исмаи-ла — брата свергнутого Абдаллаха, дядю убитого Йолбарса. Исмаил изгнал «белогорцев» во главе с Аппаком, а родовую знать в администрации максимально заменил незнатными служилыми людьми.

Аппак-ходжа, стремясь к безраздельной теократической власти и не смирившись с поражением, прибыл в Тибет, куда был изгнан своими соперниками. Он сумел установить доверительные отношения с буддийскими теократами Тибета, а через них — с новым ойратским ханом, Галданом Бошокту, воцарившимся после убийства Сенге. С его помощью Аппак добился свержения Исмаила, последнего могольского хана, и стал теократическим монархом. Своему сыну он, по примеру ханов, пожаловал кашгарский удел. Наследники турфанского удельного правителя Султан Сайд Баба-хана вынуждены были, против собственного желания, помочь ему в захвате яркендского престола. Аппак-ходжа правил в Кашгаре до своей смерти в 1693 г.

Через несколько месяцев его сын и наследник Ходжа Яхья был убит в результате заговора своей мачехи. В стране возобновилось двоевластие: если в Кашгаре власть перешла к «белогорцу»

Ахмад-ходже (внуку Аппака), то в Яркенде ненадолго воцарился последний сын комуло-турфанского Баба-хана — Мухаммед Мумин (Акбаш-хан). В Яркенд вернулся из изгнания предводитель «черногорцев» ходжа Даниял. Он и киргизские бии при поддержке ойратов убили Акбаш-хана.

Ойратские правители вновь отдали предпочтение восточнотуркестанской теократии — на этот раз «черногорской» в лице Даниял-ходжи. Так, за несколько десятилетий ходжи организованного суфийского духовенства — ордена накшбандийа стали теократическими правителями Восточного Туркестана, вытеснив с политической сцены принявших их под свое покровительство моголь-ских ханов. Могольская династия сошла с исторической сцены, а страна распалась на отдельные владения теократов-ходжей и могольских удельных князей — данников ойратских правителей.

Ходжи и ойратские правители постарались не допустить нового перераспределения власти среди членов ханского рода. Последние сохранили власть лишь в Турфане и вновь выделившемся из этого удела Комуль-ском княжестве. В «белогорцах» ойратские правители усматривали более верных вассалов на яркендском престоле. Комульские и турфанские Моголы также сохраняли верность ойратским сюзеренам, видя в них определенную гарантию нераспространения теократии на их владения. Ходжи с их теократическими устремлениями невиданно дестабилизировали обстановку в стране. Усиление ходжей углубило во многом необратимую территориальную дезинтеграцию Восточного Туркестана XVII в. По мере того как они вытесняли из политики яркендских Моголов, могольские правители Турфана, где ходжи влиянием не пользовались, стремились отгородиться от неурядиц в западной части страны. В результате процесс интеграции бывших государств Караханидов и Кочо пошел как бы вспять. Одновременно политическая гегемония и в регионе, и внутри Восточного Туркестана перешла к усилившейся Джунгарии. Сами ходжи охотно искали покровительства ойратских правителей и союза с ними.

В итоге к 1683 г. политический статус Восточного Туркестана сильно изменился: самостоятельное и единое Могольское ханство распалось на одно теократическое и два светских государства, подчиненные Джунгарии, хотя Джунгарское ханство само было расколото надвое. Если комульский князь был вассалом Галдана, то Турфан и в значительной мере бывшие яркендские владения подчинялись Цэван Рабдану, сопернику Галдана.

С конца 80-х годов XVII в. у восточных границ бывшего Могольского ханства (прежде всего в Комуле) начало ощущаться растущее влияние цинского Китая. Отношения Моголов с империей Мин заглохли еще столетием ранее. Империя Цин формально восстановила эти отношения в середине XVII в., но столкнулась на своей северо-западной территории (нынешней провинции Ганьсу) с серьезными осложнениями. Там возникло независимое государство дунган (китайских мусульман), а честолюбивый Баба-хан решил было объединить Турфанский удел и Ганьсу под своей властью. Сделать этого он не успел. Позже Турфан и Комул оказались данниками разных ойратских князей-соперников. После поражения Галдана в халхаских войнах и подчинения ХалхаМонголии цин-скому Китаю комульский князь сменил сюзерена — ойратского Галдана на цинского Канси (1697 г.). Империя Цин обрела первый плацдарм в Восточном Туркестане, на стыке его границ с Джунгарией и Халхой.

Так примерно за девяносто лет XVII в. еще недавно могущественное ханство Моголов стремительно ослабло. Не только младшая, яркендская ветвь Моголов не удержалась на ханском престоле, но и сменившая ее старшая, турфанская также через три десятилетия лишилась наследственной власти. Усиление соседнего Джунгарского ханства не смогло бы сыграть столь фатальную роль, если бы гораздо раньше на политической сцене Восточного Туркестана не появилась прекрасно организованная сила — ходжи. Изощренный политический опыт позволил ходжам в союзе с эмирами расшатать ханскую власть и устранить ее носителей. В свою очередь, ойратские тайджи подчинили себе Восточный Туркестан также с помощью ходжей. Оказавшись с последней четверти XVII в. тесно связанным с Джунгарским ханством, Восточный Туркестан вместе с ним стал объектом борьбы империи Цин за господство в Центральной Азии.

Превратившийся из единого могольского ханства в конгломерат мелких владений, Восточный Туркестан уже не смог сыграть в этой борьбе самостоятельную роль.

Глава 15

-КИТАЙ В XVI - НАЧАЛЕ XVII в.

После бурных событий, связанных со становлением империи Мин в конце XIV — начале XV в., и потрясений, последовавших за поражением, понесенным от ойратов в середине XV столетия, Китай вступил в сравнительно спокойный период своей политической истории. К началу XVI в.

империя Мин по-прежнему выглядела могучим и прочным централизованным государством.

Однако именно в начале XVI в. отчетливо проявились негативные последствия тех процессов, которые берут начало еще в период становления империи Мин и подспудно развиваются впоследствии. К отмеченному рубежу выявилось значительное, хотя и неформальное изменение структуры власти, повлекшее за собой разложение правящей верхушки.

При сохранении всех атрибутов неограниченного самодержавия происходит фактическое отстранение императоров от непосредственного ведения государственных дел. Однако реальная власть сосредоточивается не в рамках традиционной имперской управленческой администрации, а в руках неординарных с точки зрения политической традиции «внутри-дворцовых» служб.

«Внутридворцовая» администрация не была однородной. Власть в ней делили назначавшиеся императором секретари (дасю-эши) Дворцового Секретариата (Нэйгэ) и выдвиженцы-фавориты, многие из которых были придворными евнухами — людьми, повседневно общавшимися с императором. Этот дележ происходил далеко не мирно. Поэтому вся история минского двора в XVI — начале XVII в. пронизана ожесточенным противоборством отдельных деятелей и клик.

Уже в конце XV в. императоры стали уклоняться от приемов сановников, ведавших государственными делами. У-цзун (Чжу Хоучжао, 1505— 1521) вообще отказался от таких приемов. Практически не занимался решением государственных дел и Ши-цзун (Чжу Хоуцун, 1521—1566), проводя время в поисках эликсира бессмертия и беседах с даосами. Шэнь-цзун (Чжу Ицзюнь, 1572—1620) после 1589 г. под давлением обстоятельств устроил лишь один прием. Сицзун (Чжу Юцзяо, 1620—1627), передоверив управление всесильному временщику, занимался плотницким делом.

Кроме того, с конца XV в. обозначились черты фаворитизма (до 1498 г. большим влиянием при дворе пользовался Ли Гуан). У-цзун из-за трений с Секретариатом в начале своего царствования возвысил евнуха Лю Цзиня, назначив его главой Приказа жертвоприношений (Сыли-цзянь). Тот в 1508 г. возглавил созданный им новый сыскной орган — Нэйсинчан, свел на нет влияние дворцовых секретарей и приобрел такую власть, что стал опасен для трона. В результате в 1510 г.

он был казнен, а его имущество — конфисковано. При Ши-цзуне сначала усиливается влияние главы Секретариата Ян Тинхэ, помогшего ему получить престол. Затем большую силу при дворе поочередно приобретали секретари Чжан Цун (после 1529 г.), Ся Янь (после 1536 г.) и особенно Янь Сун (с небольшими перерывами с 1542 по 1562 г.). В первые десять лет царствования Шэнь-цзуна практическая власть находилась в руках Чжан Цзюйчжэна. Наконец, при Си-цзуне всеми делами управлял евнух Вэй Чжунсянь, произвол которого превзошел бесчинства всех предшествующих. Будучи главой Приказа жертвоприношений, он передал в этот Приказ из Секретариата все государственные дела, возглавил сыскной орган Дунчан, распоряжался жизнью и смертью придворных и чиновников. Его падение произошло лишь после смерти возвысившего его императора.

В свою очередь, роль Дворцового Секретариата заметно возросла с 20-х годов XVI в. Тогда было официально признано, что этот орган стоит выше Шести Ведомств, считавшихся высшей администрацией после 1380 г. Одновременно усилилась дифференциация внутри Секретариата, где преимущественные позиции получил его глава (шоуфу). В секретари попадали в основном ученые мужи из столичной академии Ханьлинь. Но были среди них и начальники отдельных из Шести Ведомств, которые по совместительству сохраняли и эту свою должность.

Так как Секретариат не являлся органом «регулярной» бюрократической машины, то его функции не были четко определены. Но практически секретари составляли проекты императорских указов и прочих официальных бумаг, налагали резолюции на поступающие сообщения и писали ответы на доклады чиновников. Все это, естественно, подразумевало получение одобрения императора.

Помимо того, секретари имели право подавать «тайные доклады» монарху лично, а также беседовать с ним о политических делах или толковать ему книги в его учебном кабинете. Это открывало немалые возможности для влияния на императора. Поэтому неудивительно, что некоторые из глав Секретариата, такие, как Ся Янь, Янь Сун, Чжан Цзюйчжэн, фактически не отличались по своему положению и влиянию от существовавших ранее (до 1380 г.) канцлеров.

Секретари вели также подневную хронику текущих событий для составления «Записей о свершившемся» (ши лу) в каждое из царствований и составляли книги по истории.

Отмеченное отстранение императоров от реального управления государственной машиной отнюдь не означало умаления их прав и возможностей для произвола. Они были вольны выдвигать и убирать фаворитов, поощрять ту или иную придворную группировку, по своему усмотрению одаривать, казнить, наказывать и т.п. Но на деле ни один из позднемин-ских императоров не представлял собой сколько-нибудь значительную политическую фигуру.

Рельефно обозначившиеся в начале XVI в. перемены в управлении сопровождались быстро прогрессировавшей деградацией правящих кругов.

Тон в этом задавали сами императоры. У-цзун, например, совершал грабительские налеты на близкие и далекие окраины столицы, опустошал лавки и дома своих подданных, захватывал и увозил женщин. Огромные суммы шли на увеселения — пиршества, поездки, охоты, содержание зверинца, парков и т.д. Расходы двора возросли в пять-шесть раз по сравнению с предшествующим царствованием. На праздник по поводу бракосочетания Шэнь-цзуна были истрачены средства, предназначавшиеся для укрепления обороны границ. Более 33 млн. лян серебра (1 лян — 37,3 г) было затрачено при этом императоре на строительство дворцов и приобретение драгоценностей. Шэнь-цзун употреблял опиум, развратничал, вымогал «подарки» от сановников и государственных учреждений, продолжал безмерные траты средств, любил наблюдать за казнями.

Не отставали от монархов и временщики. Получая практически бесконтрольную власть, они использовали всевозможные средства для обогащения. После ниспровержения Лю Цзиня у него было конфисковано 2,5 млн. лян золота, 50 млн.

лян серебра и много иных ценностей. Огромным состоянием обладали Янь Сун и Вэй Чжунсянь.

Окружил себя роскошью и Чжан Цзюйчжэн. Вэй Чжунсянь вынуждал местные власти строить храмы в свою честь и поклоняться поставленным там его изображениям. Его величали здравицей «9500 лет», желая почти такого же долголетия, как императору, — «10 тысяч лет».

Временщики расставляли всюду «своих людей». На этой почве возникали противоборствующие клики: Шаньдунская, Хунань-Хубэйская, Чжэцзянская, придворная группировка «праведных» и группировка евнухов яньдан. К концу правления династии Мин число евнухов достигло приблизительно 100 тыс. человек. Они занимали ответственные и выгодные посты не только при дворе, но и в провинциях, будучи губернаторами, правителями городов, командующими войсками, инспекторами двора и т.п. Восемь наиболее влиятельных из них в начале XVI в. получили прозвище «тигров». Однако было бы упрощением сводить противоборство в правящих верхах к противостоянию евнухов и остальных сановников. Те и другие, преследуя личные и групповые интересы, вступали в сложные отношения. Например, глава Секретариата Янь Сун действовал в контакте с придворными евнухами, Чжан Цзюйчжэн также добился высокого положения с помощью евнухов. Взяточничество сделалось нормальным явлением. К концу XVI в. число претендентов на чиновное звание так возросло, что чины стали давать по жребию. «Удачный»

жребий зависел опять-таки от подношений. Невнимание императоров к государственным делам выразилось в конце XVI в. в забвении практики утверждения служащих на различные посты.

Многие должности оставались вакантными, хотя в претендентах на них недостатка не было.

Подолгу не назначались начальники ведомств и их помощники.

Склоки и интриги охватывают в XVI в. и «малые дворы» удельных властителей. В начале века вновь, как сто лет назад, происходят вооруженные конфликты между удельной аристократией и правительством. Многие удельные властители и их разросшаяся родня продолжали чинить произвол в своих уделах. Они смещали назначаемых из центра чиновников, бросали неугодных в тюрьмы, казнили, обзаводились собственными сыскными организациями, грабили и эксплуатировали население, не считаясь с принятыми ограничениями и предписаниями.

В начале XVI в. снова, как и в первые десятилетия империи Мин, усиливается служба сыска, распространяется практика арестов и казней.

Все это, вместе взятое, пагубно отражалось на поведении местных властей. Здесь наряду с усилением страха и раболепия перед вышестоящими также усиливаются произвол, коррупция, стремление ко всемерному обогащению.

Тенденции к разложению обнаруживают себя и в армии. Система военных поселений, задуманная как способ содержания солдат и командиров, была сведена к минимуму еще в конце XV в. ввиду перехода полей военнопоселенцев в практически частное распоряжение армейского начальства и привилегированных сановников. Многие военнопоселенцы бросали свои участки и бежали. В результате правительство все чаще переходило к практике найма солдат. С появлением наемников постепенно отмирало наследственное военное сословие — «военные дворы».

Появление и рост в течение всего XVI в. наемного войска имели и свои преимущества, ибо солдаты не отвлекались на полевые работы. Однако с его появлением казнокрадство военных чиновников отнюдь не уменьшилось. Подготовка и боеспособность армии также были не на высоте. Это проявилось в неспособности предотвратить монгольские набеги, участившиеся в первые годы XVI в., после объединения монгольских племен Даян-ханом.

Особенно значительные монгольские вторжения происходят в 1532 и 1546 гг. Попытки китайских войск отвоевать у монголов Ордос не принесли успеха. В 1550 г. монгольские войска овладели г.

Датун и подошли к стенам Пекина. Оттеснение их потребовало новых наборов солдат и переброски войск из глубинных районов империи. Лишь в конце 60-х годов имперским армиям удалось потеснить монголов, вслед за чем был заключен мирный договор 1570 г. Но отдельные набеги с северо-запада продолжались и позже.

Неблагоприятная обстановка в XVI в. складывалась и на морских рубежах. Здесь в начале 20-х годов вновь (как в конце XIV — начале XV в.) обостряется борьба с пиратством и контрабандной торговлей. Активное участие в этой торговле принимали японцы. Чтобы пресечь нападения пиратов на побережье, правительство Мин ввело строгий запрет на всякие сношения с заморскими странами и закрыло принимавшие иноземцев и их товары Управления торговых кораблей (Шибосы). Этот шаг знаменовал собой окончательный отказ от достигшей столетие назад апогея политики всемерного привлечения «данников» из заморских краев, служившей повышению престижа китайского двора и открывавшей каналы для иноземной торговли. Сопряженное с этим прекращение морской торговли не устраивало китайское купечество приморских районов. Поэтому торговые связи продолжались нелегально. Наибольшие усилия по поддержанию описываемого «морского запрета» были предприняты в 1547—1549 гг. губернатором Чжу Ванем.

Но противникам запрета удалось его сместить. Вслед за тем пиратские флотилии активизируются и доходят по р. Янцзы до Нанкина. Лишь в начале 60-х годов удается отбить их натиск.

В этой сложной обстановке происходит открытие и освоение западноевропейскими мореходами, торговцами и колонизаторами морского пути в Китай. В 1516 г. к его берегам подходит корабль состоявшего на португальской службе итальянца Рафаэля Перестрелло. В следующем году прибывает португальская эскадра Фернана д'Андраде и первый португальский посол — Томе Пиреш отправляется в Пекин. Португальцы пытались получить факторию в Китае, но переговоры не дали результатов. Тогда возникли вооруженные столкновения. В 40-х годах XVI в. португальцам удается явочным порядком получить торговую базу близ Нинбо, где начинают селиться их колонисты. Но в 1549 г. они были вытеснены оттуда усилиями Чжу Ваня. Конфликты и столкновения продолжались, пока в 1557 г. с помощью подкупа местных властей португальцы не получили в свое распоряжение город и порт Макао (Аомынь).

Говорить о полном разложении китайской армии было бы неправильным. Свидетельством тому служит не только стабилизация положения на монгольской границе и приморских рубежах в 60-х годах XVI в., но и победы в боях с регулярной армией правителя Японии Хидэёси в Корее в самом конце века. Дважды, в 1592—1593 гг. и 1597—1598 гг., китайские войска, призванные на помощь корейцами, вытесняли оттуда многочисленную японскую армию, пытавшуюся захватить страну и затем нанести удар по северным районам Китая. Но это был последний крупный внешнеполитический успех империи Мин.

В начале XVII в. на северных границах возникает новая угроза в лице консолидировавшегося союза маньчжурских племен. В 1618 г. маньчжурский хан Нурхаци начинает войну, в которой китайцы понесли ряд поражений и утратили свои земли в Ляодуне и южных районах Маньчжурии.

Правда, затем им удается остановить маньчжурское продвижение в собственно Китай. Но в 1644 г.

именно маньчжурская конница оказалась той силой, которая привела к окончательной гибели империи Мин.

В 20-х годах XVII в. к берегам Китая подходят голландцы, захватившие южную часть Тайваня. Но проникнуть на континентальную территорию им не удалось. Почти одновременно у Гуанчжоу появляются английские корабли. Добиваясь права вести здесь торговлю, они разрушили из орудий китайские укрепления в Хумэне (близ Гуанчжоу). В 1603 и 1639 гг. испанские конкистадоры, обосновавшиеся на Филиппинах, спровоцировали здесь массовую резню китайских колонистов.

Минское правительство отказалось защищать их интересы, считая жителей многочисленных китайских поселений в странах Юго-Восточной Азии нарушителями «морского запрета».

В 1618 г. в Пекине побывала первая русская миссия, возглавлявшаяся томским казаком Иваном Петлиным. В доставленной им назад в Россию грамоте китайского двора содержалось предложение наладить посольский обмен и торговлю. Такой обмен мыслился китайским правительством в традиционной форме прибытия «данников». Империя Мин отнюдь не была намерена пересматривать исходные идеологические основы построения внешних отношений, несмотря на упомянутый отказ от политики привлечения «данников», резкое сокращение в XVI— XVII вв. посольских связей и военные неудачи на пограничных рубежах. Несоответствие традиционной китайской доктрины построения внешних связей и принятых среди европейских народов дипломатических норм послужило источником непонимания и трений с самого начала появления кораблей европейцев у китайских берегов.

В конце XVI в. в Китае начинают оседать христианские миссионеры из различных стран.

Прибывший в Гуанчжоу в 1581 г. итальянский иезуит Матео Риччи в 1601 г. перебрался в Пекин и достиг там большого влияния при дворе. Известно также о деятельности другого итальянского миссионера, Н.Лонгобарди, португальского — Д.Пантоха, немецкого — А.Шааля и многих других. Наряду со своими основными обязанностями они выполняли и определенные дипломатические функции, способствуя проникновению европейцев в Китай, а также собирали различные сведения о стране для своих покровителей и правительств.

Обозначившееся на рубеже XV—XVI вв. разложение правящей верхушки и внешнеполитические неудачи вызывали у части сановников и представителей причастного к власти учено-служилого сословия стремление исправить положение. Наиболее активно выступали служащие Цензората и ученые-конфуцианцы из академии Ханышнь. Оппозиционные настроения стали выражаться в традиционной форме подачи докладов на высочайшее имя с критикой существующих порядков и различными предложениями для улучшения дел. Податели докладов не были формально объединены и не имели общей программы, но их требования и предложения сводились приблизительно к одному и тому же. Они настаивали на прекращении «нерегулярности» управления, т.е. хотели, чтобы император реально взял в свои руки государственные дела и решал их в полном соответствии с конфуцианскими нормами, опираясь при этом на должностных лиц из ординарного административного аппарата. Конкретно же предлагалось отстранить от управления временщиков и взяточников, отменить устаревшие законы, укрепить армию, прислушиваться к мнениям, выражаемым в поступающих «снизу»

докладах. Некоторые доклады были выдержаны в достаточно резкой форме и содержали требование к императору признать свою вину перед Поднебесной.

Двор, однако, не шел на сколько-нибудь существенные перемены. Особо упорствующих жалобщиков арестовывали, подвергали наказаниям и изгнанию. Правда, со вступлением на престол Ши-цзуна, не являвшегося прямым наследником и пришедшего к власти с помощью главы Секретариата Ян Тинхэ, наметились некоторые перемены. Была провозглашена «новая политика», казнили наиболее одиозных деятелей прежнего царствования, ограничили произвол евнухов, на 10 тыс. человек сократили репрессивно-сыскные организации, отобрали у придворных награбленные земли, снизили налоги. Но меньше чем через два года все стало возвращаться к прежнему. В 1524 г. Ян Тинхэ был отправлен в отставку. Сторонники перемен в знак протеста устроили коллективный плач во дворце, стоя на коленях. Этот штрих многое говорит о методах борьбы. По сути, реформаторы втягивались в ту же борьбу придворных клик.

Плакальщики были схвачены и биты палками. Но петиции с обвинениями и предложениями продолжали поступать (хотя и не так интенсивно, как в начале XVI в.). В 1572 г. при дворе почти неограниченную власть получает глава Секретариата Чжан Цзюйчжэн, являвшийся сторонником реформ. Наиболее существенными были его реформы в области экономики. Но происходили некоторые изменения и в политической сфере: был усилен контроль за результативностью действий административного аппарата, возрождены аудиенции чиновников при дворе, укреплен командный состав армии. Однако после смерти Чжан Цзюйчжэна в 1582 г. его реформы были осуждены и во многом сведены на нет.

Следующая яркая страница борьбы за реформы связана с группировкой Дунлинь. Ее.основатель Гу Сяньчэн, принимавший участие в столкновении придворных клик по поводу выбора наследника престола, в 1594 г. был отправлен в отставку и уехал в г. Уси (в низовьях р. Янцзы).



Pages:     | 1 |   ...   | 13 | 14 || 16 | 17 |   ...   | 34 |

Похожие работы:

«РОССИЯ на взлёте Нам постоянно лгут. Коммунисты разрушили Российскую империю и во всех учебниках понаписали, какая она была плохая и как большевики ее спасли. А как же открытия Менделеева, Попова, Сеченова, Пирогова, Павлова? А Транссибирская магистраль? А обязательное бесплатное начальное образование? А бесплатная медицина и самое гуманное рабочее законодательство? Потом демократы разрушили коммунистическую империю. И снова переписали историю. Оказалось, что СССР была тюрьмой народов и все там...»

«В честь 200-летия Лазаревского училища         Олимпиада  МГИМО  МИД  России  для  школьников  по профилю «гуманитарные и социальные науки»  2015­2016 учебного года    ЗАДАНИЯ ОТБОРОЧНОГО ЭТАПА Дорогие друзья! Для тех, кто пытлив и любознателен, целеустремлён и настойчив в учёбе, кто интересуется историей и политикой, социальными, правовыми и экономическими проблемами современного общества, развитием международных отношений, региональных и глобальных процессов, кто углублённо изучает всемирную...»

«Леонард Млодинов Евклидово окно. История геометрии от параллельных прямых до гиперпространства Текст предоставлен издательством http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=6714017 Евклидово окно. История геометрии от параллельных прямых до гиперпространства.: Livebook; Москва; 2014 ISBN 978-5-904584-60-3 Аннотация Мы привыкли воспринимать как должное два важнейших природных умений человека – воображение и абстрактное мышление, а зря: «Евклидово окно» рассказывает нам, как происходила эволюция...»

«IX Московская Международная Историческая Модель ООН РГГУ 2015 Историческая Генеральная Ассамблея Военная интервенция Соединенных Штатов Америки в Панаме 1989 г. Доклад эксперта Москва 2015 Содержание Содержание Введение Глава 1.История конфликта 1.1.Причины возникновения конфликтной ситуации 1.2.Операция «Справедливое дело» Глава 2. Роль международных организаций в урегулировании конфликта. 10 2.1. Роль «Контадорской группы» и ОАГ в решении данного конфликта. 10 2.2. Попытка урегулирования...»

«ВСЕРОССИЙСКАЯ ОЛИМПИАДА ШКОЛЬНИКОВ ПО ИСТОРИИ 2015–2016 уч. г. МУНИЦИПАЛЬНЫЙ ЭТАП 10 класс Методика оценивания выполнения олимпиадных заданий В заданиях 1–3 дайте один верный ответ. Ответ внесите в таблицу в бланке работы.1. Кто из указанных ниже князей НЕ входил в «триумвират Ярославичей»?1) Игорь Ярославич 3) Изяслав Ярославич 2) Всеволод Ярославич 4) Святослав Ярославич 2. В каком году произошло описанное ниже событие? «Исполнилось пророчество русского угодника, чудотворца Петра митрополита,...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования «ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ» Институт наук о Земле Кафедра минералогии и петрографии Нечаева Юлия Александровна Минералого-технологические особенности глинистых пород аалена среднего течения р.Белой ВЫПУСКНАЯ КВАЛИФИКАЦИОННАЯ РАБОТА БАКАЛАВРА по направлению 050301 – Геология Автор: студентка 4 курса Нечаева Юлия Александровна Научный руководитель: доцент...»

«л ы д о м ф р ш в ч и ч и г шм ' • н п ь ^ п ь ч л ь г » » иии/мягмш ИЗВЕСТИЯ АКАДЕМИИ НАУК АРМЯНСКОЙ ССР Общественные науки Д ш и ю р ш Ц т ^ ш Н ^{тип» р ^ т СЬЬр 1917. 8 В. А р у т ю н я н Архитектурные памятники Двина Период IVVII в. в. является периодом формирования армянской национальной архитектуры. Этот период в истории архитектуры Армении представляет огромный научный интерес. Расширение круга ранних, как светских, так и церковных памятников Армении и серьезное изучение их имеет...»

«Глава 3 ФУНДАМЕНТАЛЬНЫЕ ИССЛЕДОВАНИЯ Ю.В. ГОТЬЕ, С.Б. ВЕСЕЛОВСКОГО И А.И. ЯКОВЛЕВА (1905–1918 гг.) 1. Книга Ю.В. Готье «Замосковный край в XVII веке» В начале XX в. российская историческая наука вступила в период, когда ее развитие определяли не обобщающие труды, а монографические исследования. В этой связи огромную роль играли диссертационные работы, которые являлись наиболее показательными историографическими источниками данного времени. Поэтому в центре анализа научной деятельности младшего...»

«A partial English translation by Mark Gryger (1983) is appended at the end, following page 47 А К А Д Е М И Я Н А У К СОЮЗА СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК О П Р Е Д Е Л И Т Е Л И ПО Ф А У Н Е С С С Р, И З Д А В А Е М Ы Е ЗООЛОГИЧЕСКИМ ИНСТИТУТОМ АКАДЕМИИ НАУК СССР О. Г. К У С А К И Н МОРСКИЕ И СОЛОНОВАТОВОДНЫЕ РАВНОНОГИЕ РАКООБРАЗНЫЕ (ISOPODA) ХОЛОДНЫХ И УМЕРЕННЫХ ВОД СЕВЕРНОГО ПОЛУШАРИЯ Подотряд Flabellifera ЛЕНИНГРАД «НАУКА» Ленинградское отделение УДИ 595.373(26+289) (4-013) (083.71)...»

«ПОЗДРАВЛЯЕМ ! УВАЖАЕМЫЕ ТОВАРИЩИ ! Примите мои искренние поздравления в связи 35—летием образования училища и нашего с вами факультета. Так распорядилась история, а ее, как известно, переписывать не принято, что Минское высшее военно–политическое общевойсковое училище (МВВПОУ), на базе которого образован общевойсковой факультет, было создано в период активного роста национально– освободительного движения стран Азии, Африки и Латинской Америки. В целях улучшения ситуации в этих странах и было...»

«А.В. Анисимов, В.И. Салчинский Посвящается 80-летию УДНТ Уральский Дом Науки и Техники (исторический очерк) Основан 16 марта 1935 года Екатеринбург, 2015 Оглавление 1. Начало большого пути 2. Деятельность Уральского Дома техники с 1940 по 1950 годы. 13 3. О строительстве здания Дома техники в г. Свердловске. 23 4. Деятельность Дома техники в период с 1966 по 1989 годы. 27 5. Изменения ситуации в стране и управление научно-техническим процессом Заключение Приложение 1 Отзывы о посещении...»

«Вадим Эразмович Вацуро Болгарские темы и мотивы в русской литературе 1820–1840-х годов (Этюды и разыскания)[1] В длительной и многообразной истории культурных связей России и Болгарии первая половина XIX в. представляет собою период, особенно сложный для изучения. Материалы, документирующие их в это время, разрознены, частью утрачены; контакты деятелей русской культуры с поселенцами болгарских колоний на юге России нередко вообще не отражались...»

«ISSN 2222-551Х. ВІСНИК ДНІПРОПЕТРОВСЬКОГО УНІВЕРСИТЕТУ ІМЕНІ АЛЬФРЕДА НОБЕЛЯ. Серія «ФІЛОЛОГІЧНІ НАУКИ». 2014. № 1 (7) УДК 82-94:141.33 В.Ю. ВЕНЕДИКТОВ, кандидат исторических наук, доцент Российского православного университета святого Иоанна Богослова (г. Москва) Е.В. НИКОЛЬСКИЙ, кандидат филологических наук, доцент кафедры истории и теории словесности Российского православного университета святого Иоанна Богослова (г. Москва) ВЛАДИМИР СОЛОВЬЕВ: МЕЖДУ ЛОГОСОМ И СОФИЕЙ В статье рассмотрена...»

«Ширяев Е.А. История коломенской пастилы Эта статья рассказывает о том, как русские люди сохраняли урожай яблок на зиму, и как впоследствии из этого родился кулинарный шедевр. Традиционно в России существовало несколько таких способов, например, приготовление варенья, пастилы, левашей, мочение яблок. Все эти способы описаны еще в «Домострое», книге поучений, обращенной к зажиточному русскому человеку, рассказывающей о многих сторонах бытовой жизни русского общества XVI века. Пастила является...»

«Титульный лист Атлас Инвестора города Уфы Содержание Приветственное слово главы Администрации Раздел 1 Информация о городе 1.1. Историческая справка 1.2. Современная Уфа 1.3. Географическое положение Раздел 2 Экономика города 2.1. Экономическая характеристика 9 2.2. Промышленность 2.3. Строительство и недвижимость 2.4. Инфраструктура 2.4.1. Дорожно-транспортная инфраструктура 2.4.2. Инженерная инфраструктура 2.4.3. Социальная и информационная инфраструктура 14 2.5. Финансовое состояние 18 2.6....»

«Annotation Это идеальная книга-тренинг! Квинтэссенция всех интеллектуальных тренингов по развитию ума и памяти. Авторы собрали все лучшие игровые методики по прокачиванию мозга. В книге также собрано свыше 333 познавательных, остроумных и практичных задач, которые вы сможете решить самостоятельно. Нурали Латыпов, Анатолий Вассерман, Дмитрий Гаврилов, Сергей Ёлкин Мечтать – не вредно, а играть – полезно Об IQ и развивающих играх...»

«УДК 373.167.1(075.3) ББК 63.3(О)я7 В Условные обозначения: — вопросы и задания — вопросы и задания повышенной трудности — обратите внимание — запомните — межпредметные связи — исторические документы Декларация — понятие, выделенное обычным курсивом, дано в терминологическом словаре Т. С. Садыков и др. Всемирная история: Учебник для 11 кл. обществ.-гуманит. В направления общеобразоват. шк./ Т. С. Садыков, Р. Р. Каирбекова, С. В. Тимченко. — 2-е изд., перераб., доп.— Алматы: Мектеп, 2011. — 296...»

«Вологодская область Составлено в январе 2009 г. Авторы: С. Филатов Сбор материалов: С. Филатов, Р. Лункин, К. Деннен. Исторические особенности развития религии Православие проникло на территорию современной Вологодской области в XII веке. До 1492 г. её территория входила в состав Новгородской (Вологда, земли по Сухоне, Кубене, Устюжна) и Ростовской епархий (Белозерье, Великий Устюг). В 1492 г. после разгрома Иваном III Новгородской республики Вологодские земли были присоединены к Пермской...»

«САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ УНИВЕРСИТЕТ ОТЧЕТ О СОСТОЯНИИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В 2001 ГОДУ История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ Санкт-Петербургский государственный университет ОТЧЕТ О СОСТОЯНИИ И ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В 2001 ГОДУ Под общей редакцией академика РАО JI.A. Вербицкой Издательство Санкт-Петербургского университета История Санкт-Петербургского университета в виртуальном пространстве http://history.museums.spbu.ru/ ББК 74.58я2 С...»

«Ирина Львовна Галинская Культурология: Дайджест №3 / 2012 Серия «Журнал «Культурология»» Серия «Теория и история культуры 2012», книга http://www.litres.ru/pages/biblio_book/?art=10266001 Культурология № 3 (62) 2012 Дайджест: ИНИОН РАН; Москва; ISBN 2012-3 Аннотация Содержание издания определяют разнообразные материалы по культурологии. Содержание ТЕОРИЯ КУЛЬТУРЫ ПАРАКАТЕГОРИИ НОНКЛАССИКИ. 5 АБСУРД1 ТОЛЕРАНТНОСТЬ КАК ФИЛОСОФСКАЯ ПРОБЛЕМА2 ТРУДНЫЙ ПУТЬ ОТ МУЛЬТИКУЛЬТУРАЛИЗМА К...»








 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.