WWW.NAUKA.X-PDF.RU
БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА - Книги, издания, публикации
 


«Мария Ланглебен Два рассказа о кладбищах - конармейская миниатюра «Кладбище в Козине» (1922) и написанный через десять лет одесский рассказ «Конец богадельни» (1932), на первый взгляд, ...»

Тыняновский сборник, 11: Девятые Тыняновские чтения. ред. М.О. Чудакова, Е.А. Тоддес, Ю.Г. Цивьян. М.:

ОГИ, 2002. стр. 411-437.

АРХЕТИП КЛАДБИЩА В РАССКАЗАХ БАБЕЛЯ:

«КЛАДБИЩЕ В КОЗИНЕ» И «КОНЕЦ БОГАДЕЛЬНИ»

Мария Ланглебен

Два рассказа о кладбищах - конармейская миниатюра «Кладбище в Козине» (1922) и

написанный через десять лет одесский рассказ «Конец богадельни» (1932), на первый взгляд, совсем непохожи.

«Кладбище в Козине» (далее - «КК»), маленький шедевр, спрятанный в самой середине «Конармии», целиком посвящен старинному местечковому кладбищу, которое, как видние, возникает в пустоте, в полном безлюдье и бесцветье, видение невероятное и неуместное, "Ассирия на волынских полях". В более позднем, и гораздо более длинном рассказе «Конец богадельни» (далее - «КБ») мы находим совсем другое еврейское кладбище, в Одессе, менее старинное и вполне обитаемое. Это кладбище населено толпой живых людей, возбужденных борьбой, шумное, освещенное солнцем, расцвеченное яркими красками.

Совсем разные кладбища, и совсем разные тексты. Но нетрудно заметить, что в обоих рассказах топос еврейского кладбища разрастается и заслоняет собою весь мир. Кладбище здесь - не только место упокоения, это автономный микрокосм, за пределами которого смутный силуэт окружающего мира лишь угадывается. Кладбище видится как кладезь исторической памяти, и судьба его предстает как судьба нации. На первый план выдвигается проблема исчезновения народа в чистом виде - без войн, без кровопролития.

При анализе и сопоставлении этих двух рассказов, в них вскрывается общий глубинный пласт - архетипический инвариант, в котором, может быть, отразились размышления Бабеля о судьбе своего племени.

*** *** «Конец богадельни» («КБ») переносит нас в другой мир, к совсем другим евреям.

Одесское кладбище оказывается ареной, в миниатюре, бунта против утверждения советской власти.1 Старики в прикладбищенской богадельне, которые зарабатывают тем, что сдают напрокат гроб, лишились своего кормильца.2 Желая получить новый гроб, изможденные голодом старики и старухи стихийно восстают против своего начальства;

при неожиданном, воинственном содействии пьяного матроса Федьки, они как будто бы побеждают - но победа оказывается ложной, и старики из богадельни изгнаны. Богадельня закрывается, а кладбище готовится к переустройству.

Это одесское кладбище, по контрасту с волынским, в оживлении не нуждается.

Наоборот, вместо надлежащего покоя здесь бушует ураганная агрессивность. Атмосфера накалена до предела; все угрожают всем, все нападают на всех, и в ход идет любое оружие: шпора, костыли, сапог, тележка парализованного и даже зрачки:

Ленька незаметно толкнул Арье-Лейба шпорой...

Они потрясали костылями...

Тележкой парализованного она стала наезжать на Бройдина...

... его зрачки были выпущены на них. Они неслись на помертвевшее, застонавшее стадо, как лучи прожекторов, как языки пламени....

Нищие колотили костылями об решетки....

Бройдин стучал по памятнику сапогом.

Один раз употребляется по назначению и настоящее оружие, наган - но он как раз, по контрасту с прочими предметами, направлен ввысь: "Матрос выстрелил в небо".

Агрессивны не только физические действия (толкнул, захватили, колотили, бились и т.п.), но и речевые акты - обильно "сыплются талмудические проклятия":

Старики закляли мозг в костях Бройдина и членов союза, свежее семя в утробе их жен и пожелали каждому из них особый вид паралича и язвы.

Люди здесь редко говорят в диапазоне обычного голоса; чаще всего они надрываются, временами даже без слов: кричат, гремят, рычат, ревут, воют. Возможностей человеческого голоса решительно нехватает, и речевые звуки подменяются неречевыми:

скрежетом зубовным, свистом, хрипом. Создается ощущение обвальной какофонии однако в действительности во всем этом бушевании звуков никакого хаоса нет; видимая разнузданность подчиняется строгой текстовой дисциплине. Бурная агрессия, раздирающая этот текст, на самом деле педантично упорядочена относительно сюжета.

Здесь нет незначительных деталей: все самомалейшие мелочи расставлены по местам и Это отмечено Джеймсом А. Фаленом: "all of them are driven from the site where the Soviet future is being mapped" (Falen 1974:205) Парадоксальность этой ситуации отмечена в ранней работе Ричарда Халлетта (Hallett 1973:87) работают на структуру, плотно сопряженную с содержанием - и несравненно более конвенциональную, нежели структура «КК».

Построение сюжета здесь вполне обычное, нарративное; текст энергично развивается во времени, в соответствии с каноническими законами наррации: в нем есть предыстория, которая развивается по спирали, и основной сюжет, который разворачивается в строго поступательном движении, безупречно расчислен во времени и строго маркирован. Так, например, узловые точки сюжета регулярно отмечаются праздничной едой (в кафе Фанкони, в погребке Залмана Криворучки, в театральном буфете) и небесными явлениями (июльскими молниями и солнцем, восходящим, полуденным и закатным). Соответственно получаем деление сюжета на следующие части:

благополучие, похороны Лугового, голод, прививка, бунт, победа, праздничный день, изгнание. Границы каждой части маркированы (Схема 2).

Схема 2. Маркировка стадий сюжета.

–  –  –

Особую роль в этом сюжете играют звуки и краски, которые полностью поставлены на службу главному конфликту.

Звуки Бунт богадельных стариков, составляющий кульминацию сюжета, производит впечатление хаотического кошмара, - но эта безудержность на самом деле особенно строго упорядочена. Помимо общей разметки сюжета (показанной на схеме 2), внутри бунта просматривается самостоятельное стадиальное развитие, на всем протяжении размеченное разнообразными надрывными звуками.

Предвестие грядущего звукового шквала возникает еще до бунта, в момент возникновения конфликта, на похоронах коменданта Герша Лугового, когда драгоценный гроб зарывают в землю вместе с покойником. Начальник дивизии Ленька Бройтман, произнося свою речь, "кричал, напрягаясь". После этого одиночного крика, все авторские ремарки однообразны и нейтральны: "сказал он" (Ленька), "сказал Арье-Лейб", "Он сказал" (Бройдин). Последняя спокойная ремарка, "сказала ему Юдифь", сопровождает реплику докторши, "пришедшей в богадельню прививать оспу." Но затем та же Юдифь вскрикивает, после чего "Ярость изголодавшихся стариков обрушилась на голову" ни к чему не причастной докторши.

Все последующие звуки, и, соответственно, стадии бунта, организованы тремя нарастающими волнами: солисты с хором, диалог, и снова солист с хором. В первой волне запевалой оказывается посторонний человек, докторша Юдифь. После ее вскрика вступает солистка - старуха Доба-Лея, которая рыдает все громче, рыдает басом. Общий хор с вторым солистом, парализованным Симоном-Вольфом поддерживают ее криком, рычанием и ревом. И, наконец, Доба-Лея увенчивает эту волну сольным рычанием. Вот как звучит первая волна:

- Больно не будет - вскричала Юдифь, - в мякоть не больно...

...

Из угла комнаты ему ответили глухим рыданием. Это рыдала Доба-Лея, бывшая повариха на обрезаниях.

...

Доба-Лея, усатая старуха с львиным лицом, зарыдала еще громче, услышав эти слова. Она зарыдала басом.

...

Вслед за Симоном-Вольфом на главную аллею, рыча и гримасничая, вывалились все тридцать стариков и старух. Они потрясали костылями и ревели, как голодные ослы.

Доба-Лея оскалилась и зарычала.

...

На шум вышел бородатый Бройдин,...

- Аферист, - закричал ему Симон-Вольф....

После этого как будто бы наступает затишье. Начинается диалогическая интерлюдия, обмен речами двух лидеров, старосты Арье-Лейба и заведующего кладбищем Бройдина. В этом словесном поединке вырастает вторая голосовая волна, более короткая, чем первая, менее бурная, без хора, но достаточно угрожающая. Голос Бройдина, лишь на мгновение прерываемый Арье-Лейбом, постепенно усиливается до грома:

Арье-Лейб, - сказал Бройдин сильным своим голосом, - прочитай телеграммы из Татреспублики, где крупные количества татар голодают, как безумные...

- Мне некогда ждать, - прервал заведующего Арье-Лейб, - у меня нет времени...

- Есть люди, - ничего не слыша, гремел Бройдин, - которые живут хуже тебя, и есть тысячи людей, которые живут хуже тех, кто живет хуже тебя...

После диалога нахлынула третья волна, похожая своим буйством на первую, но еще более раскаленная, и звуки в ней уже совсем неречевые. Сольная партия полностью отдана контуженному матросу Федьке, который появляется неожиданно, босой и пьяный. Он начинает свою партию со скрипа зубовного, затем свистит в полицейский свисток и наконец кричит. Вступает общий хор, с воем и стуком, Федька стреляет в небо, и пронзительное пение канторов отмечает мнимо-одержанную победу заупокойной молитвой «Эль молей рахамим»:

Матрос заскрипел зубами, засвистел в полицейский свисток и вытащил из-за пояса наган.

- Подавили царей, - закричал Федька, -...

Женщины, обмывавшие покойников, вышли из своих клетей и приготовились реветь вместе с Добой-Леей. Воющие волны бились о запертые кладбищенские ворота.... Нищие колотили костылями об решетки.

- Подавили царей. - Матрос выстрелил в небо.

...

Люди прыжками понеслись по аллее. Бройдин медленно покрывался бледностью. Он поднял руку, согласился на все требования богадельни и, повернувшись по-солдатски, ушел в контору. Ворота в то же время разъехались. Родственники умерших, толкая перед собой тележки, бойко катили их по дорожкам. Самозванные канторы пронзительными фальцетами запели «Эль молей рахамим» над разрытыми могилами. Вечером они отпраздновали свою победу у Криворучки. Федьке поднесли три кварты бессарабского вина.

Пением самозванных канторов третья звуковая волна заканчивается. После этого никто больше не надрывается в крике, голоса спокойны, и даже "голос незнакомой женщины (Блюмы) был певуч". Спокойствие не нарушается вплоть до самого конца рассказа, когда старики уходят с кладбища, погоняемые красноармейцами. Изгнание стариков сопровождается взрывом скребущих звуков: скрипом, свистом, хрипением. Здесь нет солистов, и совсем смолкает речь:

Они прихрамывали, согнувшись над узелками, и плелись молча. Разбитные красноармейцы сгоняли их в ряды. Тележки парализованных скрипели. Свист удушья, покорное хрипение вырывалось из груди отставных канторов, свадебных шутов, поварих на обрезаниях и отслуживших приказчиков.

Звуковое оформление всех стадий бунта показано в виде четырех партитур на схеме 3.

–  –  –

Краски Если звуками размечены этапы бунта, то краски, брошенные по тексту гроздьями, с значительными промежутками, служат для различения сражающихся сторон: голубая часть спектра отведена старикам, коричнево-желтая - их врагу Бройдину. Любопытно, что звуки и цвета в тексте не пересекаются - гроздья красок размещены почти исключительно в тех местах текста, где звуков нет.

Вступительная часть рассказа красок лишена. Но с началом активного действия, на похоронах Лугового появляется цветовой контраст: черное покрывало, вытканное серебром. Черное с серебром задает рамку, в которую постепенно, в организованном порядке, вставляются другие цвета. В сцене прививки идут сплошь сине-голубые тона:

синяя похлебка, изумрудные кусты, голубой язычок пламени (который "мешался с июльскими молниями", т.е. с природным огнем), голубая плеть руки. Правда, в момент бунта среди стариков на мгновение вспыхивает "малиновая, раздутая голова" парализованного Симона-Вольфа, с которой сдвинулась ермолка. Следующая группа тонов, пламенно-коричневых, оттененных белым, вся отдана Бройдину: "коричневое заграждение" его бороды, зрачки - как языки пламени, на фоне белой воды бешенства.

Враждебная огненная гамма продолжается, уже без Бройдина, в оранжевом полицейском шнуре, которым подпоясан Федька, и в золоченых ярусах театра (куда Бройдин заслал стариков, чтобы в их отсутствие без помехи подготовить их изгнание). Затем ненадолго возникают успокоительные краски: зеленая кладбищенская роща и "высокие белые цветы" каштанов. Но тут же появляется Бройдин, вытирающий лоб "желтым платком". И наконец, в богатых памятниках, сделанных "из лабрадора и розового мрамора", неявно возвращается черный цвет, но теперь уже не с серебром, а с легким отблеском пламени.

* В стройной, четко маркированной структуре «КК» последовательно и неотступно повторяется один настойчивый мотив: борьба за обновление социальной иерархии.

Ступенчатое устройство общества, права и материальное положение каждого класса составляют концептуальную рамку, в которую заключены мысли автора и всех его действующих лиц. С этого начинается рассказ:

В пору голода не было в Одессе людей, которым жилось бы лучше, чем богадельщикам на втором еврейском кладбище. Купец суконным товаром Кофман когда-то воздвиг в память жены своей Изабеллы богадельню рядом с кладбищенской стеной.

...

Оттого, что старый закон возродился, старики получали к своему пайку приварок, который никому в эти годы не снился.

Такова иерархия одесситов в голодное время: никто не живет лучше богадельщиков, и все живут много хуже них. Следующий шаг к уточнению этой иерархии делает Бройдин, выстраивая целую лестницу неимущих, с богадельщиками во главе.

Кладбищенские старики включаются в иерархию общегосударственную:

- Есть люди,... которые живут хуже тебя, и есть тысячи людей, которые живут хуже тех, кто живет хуже тебя...

Тем самым первоначальное определение (выше богадельщиков нет никого, ниже их - все) подтверждается, с упором на ступенчатое строение общества.

Если Бройдин говорит об отношении стариков к нижним уровням иерархии, то Арье-Лейб напоминает о долге по отношению к ее вершине: "страх - богу, подати цезарю".

Иерархическое устройство мира составляет фон для самого главного - иерархии внутри кладбища. В фокусе действия - ревизия кладбищенского микрокосма, составленного из трех классов: властительных богачей-работодателей, служащих, зарабатывающих себе на хлеб, и неимущих, живущих подаянием. Ураганная агрессия на кладбище вызвана тем, что все обитатели кладбища почувствовали, что настал решительный момент, когда каждый из них может повысить или утвердить свой иерархический статус - который был в те времена равносилен сытой жизни или голодной смерти.

Текст «КБ» последовательно проводит нас через три иерархии - точнее, три возможности заполнения иерархической лестницы:

(1) Исходное дореволюционное распределение, в котором верх кладбищенской лестницы занимал купец суконным товаром Кофман и лежащие под роскошными памятниками негоцианты ("Ашкенази, Гессены и Эфруссси"), а низ - призреваемые в богадельне старики и "плебс, жавшийся к стенам". Были здесь и служащие: могильщики, канторы, обмывальщицы, вытесненные впоследствии обитателями богадельни. Старики же богадельщики жили тогда за счет благосклонной благотворительности богачей.

Бройдин в те времена находился вне кладбища: он работал жилеточником "у господина Берзона на углу Дерибасовской и Екатерининской".

(2) Второе распределение возникло "В пору голода", когда старики совершили первую революцию на кладбище: "захватили должности могильщиков, канторов, обмывальщиц" и сдвинулись по направлению к верху иерархии - т. е., стали как бы хорошо оплачиваемыми служащими. Более того, их староста Арье-Лейб уже приближается к статусу хозяина кладбища и вступает в единоборство с другим претендентом на это место - заведующим кладбищем Бройдиным. И здесь сохраняется идея благотворительной помощи неимущим: старики "подавали объедки" своим "соседям", оказавшимся в низу иерархии.

(3) Третья, грядущая иерархия утверждается на наших глазах в результате второй революции. Эта, окончательная революция смещает стариков с позиции самозванных кладбищенских служащих, поставив на эту ступеньку "товарища Блюму".

На вершине кладбищенской иерархии воцаряется Бройдин, управляемый из внешнего мира начальником Майоровым. Новейший порядок отличается от двух предыдущих тем, что при нем упраздняется класс неимущих и отменяется благотворительность, за счет которой они живут. Изгнание стариков с кладбища не может вернуть им их прежнее место неимущих, потому что такого места больше нет. Полумертвые инвалиды отправляются с кладбища в город, чтобы там "явиться в губисполком для перерегистрации по трудовому признаку" - т.е. чтобы пополнить рабочую силу. Нищие же - как обещает Бройдин Майорову - вообще будут "убраны", неизвестно куда. Другая особенность нового порядка

- в том, что он собирается потревожить и самое кладбище. У Бройдина есть план переустройства, который он излагает своему начальнику Майорову, но не читателям: по всей видимости, мертвые должны быть перетасованы по образцу новой иерархии живых.

Похороненные на кладбище богачи, очевидно, будут согнаны со своих привилегированных мест, уступив место новым властителям - таким, как Герш Луговой, который "заслужил у Республики" свой роскошный гроб.

* Борьба вокруг смены иерархий только подчеркивает национальную однородность кладбищенского мира. Весь этот строго иерархический микрокосм, в любом его заполнении - полностью еврейский. Каждая революция приводит к тому, что враждующие группы евреев вытесняют друг друга.4 Поэтому обе конфликтующие стороны, при всем их различии, иногда очень похожи. Два лидера, Арье-Лейб и Бройдин - враги, но оба они строят свои рассуждения как цепи талмудических силлогизмов, оба "крадутся к цели" и иногда высказывают похожие мысли в похожих словах. Так, Арье-Лейб говорит Федьке:

"С тобой можно жить"; а Бройдин - Блюме: "Со мной можно ладить".

Не только образ мыслей лидеров, но и весь строй этого общества (при первых двух иерархиях) - еврейский. Упоминается множество специфически еврейских должностей:

3 Мильтон Эре называет этот рассказ лебединой песнью прежнему образу жизни, "a swan song for a way of life" (Ehre 1986:137).

Эре замечает, что Бройдин - несгибаемый большевик, но тоже еврей, и потому он, борясь со стариками, тем не менее опечален: "However, since he is also Jewish, his soul is ringed with sadness" (Ehre 1986:136). Хотя вряд ли можно читать так буквально высказывание Бройдина, "Мне больше сердце болит за безработных коммунальников, чем за этих спекулянтов...", но действительно, и коммунальники эти (Блюма) тоже евреи.

отставных канторов, свадебных шутов, поварих на обрезаниях и отслуживших приказчиков. Примечательно, что раввинов здесь нет, в отличие от «КК», где есть только раввины.

В этом рассказе очень много имен: купец Кофман и его жена Изабелла, Юдифь Шмайсер, Залман Криворучка, Герш Луговой, Меир Бесконечный, Ленька Бройтман, Соня Яновская, Моносзон, Бройдин, Ашкенази, Эфрусси, Гессены, Арье-Лейб, Доба-Лея, Симон-Вольф, рабби Осия, товарищ Блюма. Очевидно, что все эти персонажи, присутствующие и отсутствующие, живые и мертвые, названы ли они именами и фамилиями, только фамилиями или только именами - очевидно, что все они евреи.

Некоторое сомнение могут вызвать только фамилии двух начальников - Андрейчика и Майорова; но, скорее всего, это тоже фамилии еврейские.

На этом сплошь еврейском фоне выделяются двое безусловных славян: Иван Соколов и Федька Степун. Первый из них, давний соратник Герша Лугового, лишь вскользь упомянут в речи Леньки на похоронах и больше в рассказе не появляется. А вот контуженный Федька, нечаянно возглавивший стариковский бунт - он как мы видели, оказался солистом в хоре стариков, и совсем не случайно. Федька в этом сюжете совершенно необходим.

Проблема чуждости, чужеродности евреев вывернута в этом рассказе наизнанку.

Евреи на одесском кладбище - не Чужие, они здесь - почти автохтонны. Кратчайшее историческое резюме, умещенное в два предложения, представляет евреев настоящими хозяевами города и кладбища. Одесса - русский Марсель с греческим названием построена на месте татарского поселка (на самом деле это была крепость) Хаджибей, и построена, как утверждает то ли Бройдин, то ли сам автор, именно евреями:

Старый портняжеский подмастерье показал своему начальнику столетнюю историю Одессы, покоящуюся под гранитными плитами. Он показал ему памятники и склепы экспортеров пшеницы, корабельных маклеров и негоциантов, построивших русский Марсель на месте поселка Хаджибей.

Конечно, вне кладбища существует большой мир. где-то далеко голодают "крупные количества татар" и питерские пролетарии, и гораздо ближе - город Одесса, тоже голодающий. Силуэт Одессы очерчен двумя контрастными пунктами: театром, в который выходят и откуда возвращаются старики, и губисполкомом, в который они должны явиться. Одесса - единственная реальность внешнего мира. Только Одесса непосредственно сообщается с кладбищем; только оттуда приходят на кладбище новые люди - и все они евреи: докторша Юдифь Шмайссер, новая обмывальщица товарищ Блюма и начкомхоза Майоров. Мир рассказа, внутри и снаружи, весь заполнен евреями.

Чужой, русский, здесь один - Федька Степун. Фамилия у него украинская, но национальность его, во избежание разночтений, уточняет мадам Криворучка:

- Если у русского человека попадается хороший характер, - заметила мадам Криворучка, - так это действительно роскошь...

Федька - не сторонний посетитель, и не наемный служащий, - он житель кладбища. Он живет "в хибарке рядом с кладбищем", что уравнивает его с богадельщиками, живущими "рядом с кладбищенской стеной". Хотя он здесь и инородец, но усиленно ассимилированный: на груди своей носит татуированное еврейское имя «Рива». А упившись после победы, он повторяет вслед за Арье-Лейбом на иврите "губительные, непонятные слова" - гэвэл гаволим, суета сует.

Такой Федька Степун, прочно сжившийся с еврейским кладбищем, получается вроде славянского Дуба в «КК», сросшегося с усыпальницей раввинов. Разумеется, Федька - дуб совсем иной породы, чем размозженный Дуб, недвижно возвышающийся в «KK». Но вокруг того Дуба и евреи были поспокойнее. Скандалист Федька так же агрессивен, как и ассимилировавшая его еврейская среда.

Но, несмотря на все признаки успешной ассимиляции, несмотря на то, что он обласкан и принят стариками, несмотря на то, что Арье-Лейб говорит ему: "Ты душачеловек, с тобой можно жить", Федька на втором одесском кладбище остается безнадежно чужим, и не только потому, что он славянин. Его подход к проблеме иерархии в корне отличается от подходов обоих лагерей. Он, так же, как и все вокруг, беспокоится об иерархии - но это совсем не та иерархия, за которую сражаются тамошние евреи. Не кладбищенское устройство волнует Федьку, а всемирное, вселенское. Появившись во время бунта, Федька высказывается четырежды, крайне лапидарно, очень однообразно, но весьма убедительно: «Подавили царей», «нету царей», «Всем без гробов лежать», и еще раз: «Подавили царей». В этих кратких максимах заключена вся федькина иерархическая идеология, - особенная, не похожая на идеологию прочих жителей кладбища. Не в пример всем остальным, он стоит не за обновление или сохранение иерархии номер два - а за полную отмену всякой иерархии повсюду, для всех. Федька абсолютист, он хочет, чтобы вовсе не было классов, никаких и нигде, поэтому не тратит времени и слов на мельтешащих вокруг него людей. Гнев его устремлен к верховной власти, - в точности к той, которую почитает Арье-Лейб. Он кричит: "Подавили царей", и стреляет не в когонибудь из людей, и не в воздух, а в небо, в самую вершину вселенской иерархии. Другой его крик, "Всем без гробов лежать", означает - всех так хоронить, а не только евреев, у которых "возродился старый закон". Федька хочет всеобщего равенства, поголовной, равной нищеты для всех, и за это он готов сразиться с самим Богом. Здесь ясно проступает федькино негативное сходство с Дубом из «КК». Выстреливая в небо, он посылает снизу вверх земную молнию - инверсию той небесной молнии, которая, сверху вниз, поразила Дуб на волынском кладбище. Дуб - жертва небесной молнии, Федька - источник земной.

Федькина идеология враждебна и Арье-Лейбу, и Бройдину. Его воинственное отношение к небесной и царской власти контрастирует с почтением к ней в притче АрьеЛейба ("страх - богу, подати - цезарю"). А его кредо равного нищенства - это отрицание ступенчатой иерархии неимущих по Бройдину ("есть люди, которые живут хуже тебя...").

На своем особенном месте Чужого Федька удержаться не может - слишком велика сила притяжения обоих кладбищенских лагерей. Сначала он оказался предводителем стариков, затем согласился с Бройдиным. Соответственно поделены между двумя лагерями и его звуковые и цветовые маркеры. Связь Федьки со стариками - звуковая, Ср.

"Федька заскрипел зубами и засвистел"; и о стариках: "Тележки парализованных скрипели.... Свист удушья, хрипение...". А связь его с Бройдиным - цветовая:

полицейский шнур, которым Федька подпоясан - оранжевый, и, значит, находится в цветовых владениях Бройдина. Получается, что Федька помечен боевыми маркерами обеих сражающихся сторон.

Русский Федька заблудился среди евреев, которые борются за передел своего мира

- заблудился навсегда, так как и после разгрома он остается с евреями. В отличие от стариков, Федька с кладбища никуда не уходит: "ему объяснили и он извиняется".

Федька полностью абсорбирован еврейским миром, и не только на втором одесском кладбище, но и на волынском кладбище в Козине. В самом деле, он похож не только на Дуб. Удивительным образом он роднится с каменными раввинами из «КК»:

портрет пьяного Федьки до странности похож на каменные портреты. Сравним оба описания:

«КК»: Под безглазыми лицами волнистая каменная линия завитых бород.

«КБ»: Каменные завитки кудрей выложены были на его лбу. Под завитками кривилось судорогой скуластое лицо.

Сходство несомненное, но с пространственной инверсией. У Федьки завиваются кудри, а у раввинов - бороды, однако порядок лексем сохраняется:

«КК»: волнистая каменная линия завитых бород.

«КБ»: Каменные завитки кудрей На обоих портретах есть лицо, и лишь изменяется ориентация портрета относительно лица. При одной и той же конструкции с под, точка отсчета для раввинов - лицо, а для

Федьки - кудри; обе точки - в верхней части портрета:

Под безглазыми лицами... каменная линия завитых бород.

Под завитками... скуластое лицо.

Нижняя часть обоих портретов - т.е., бороды раввинов и лицо Федьки - искривлена:

«КК»: волнистая... линия завитых бород «КБ»: кривилось судорогой скуластое лицо.

Типологическое сходство между волынскими раввинами и Федькой простирается еще дальше. И раввины, и Федька подпоясаны; раввины - ремнем, Федька - полицейским шнуром, который впоследствии переназывается поясом, и оказывается в самом фокусе действия, вместе с висящими на нем свистком и наганом.

«КК»: Раввины подпоясаны ремнем на узких чреслах.

«КБ»: он... носил на оранжевом полицейском шнуре свисток и наган без кобуры.

Матрос заскрипел зубами, засвистел в полицейский свисток и вытащил из-за пояса наган.

Более того, Федька сродни не только рядовым раввинам, но отчасти и гордой династии Азриила, лежащей в усыпальнице, нищей, как хижина водоноса. Федька апостол всеобщей равной нищеты, живет в "хибарке рядом с кладбищем".

Конечно, все эти аллюзии могут показаться легковесными, но, может быть, они неявно подводят нас к выдающейся структурной роли Федьки, сближающего оба рассказа.

Кладбище в Козине безлюдно. Население его составляют барельефы рядовых раввинов, династия раввинов избранных, похороненных в особой усыпальнице, - и сросшийся с ними славянский Дуб. Федька соединяет в себе черты всех трех. То есть, в лице Федьки все козинское кладбище пересажено на второе одесское, - весь маленький рассказ вживлен в большой.

* Но не только с помощью Федьки совмещаются эти два рассказа. Трудно не заметить, что их сближает и родство мотивов. Разными способами, в обоих текстах индуцируются все те же два мотива: чуждость кладбища и оживление его. Мотивы одинаковые, но как бы противоположно заряженные: в первом рассказе оба с плюсами, во втором - оба с минусами.

Козинское кладбище, заброшенное на чужой и враждебной земле, в конце концов оживает. Как ни невероятно и ни печально это кладбище, оно продолжает стоять на волынских полях, и камни его поют. Хотя окружающий славянский мир грозит тенью Хмельницкого и возможностью повторения мифа, тем не менее кладбище в Козине, погруженное в отрешенную древность, хранит свою историю, и спорит только со смертью, не подвергаясь пока никакой опасности со стороны живых людей.

Одесское же кладбище, укоренившееся, упокоившее основателей города, с комфортом расположившееся на своей, не славянской земле, - это кладбище смолкает. Мы оставляем одесское кладбище на пороге неотвратимого переустройства, и, следственно, уничтожения исторической памяти. И это гибель не от руки Чужих; кладбище уничтожается в самоубийственной борьбе своего народа с самим собой.

В конце «КК» ожившие камни поют и протестуют на человеческом языке наоборот, шумный, быстро движущийся текст «КБ» завершается молчанием, скрипом, свистом удушья и покорным хрипением стариков, идущих в изгнание. Примечательно, что, пройдя вместе со стариками весь длинный путь от кладбища почти до самого города, читатель вдруг, в самую последнюю минуту текста, должен вернуться по той же дороге обратно:

Дорога их лежала по безрадостному, выжженному каменистому шоссе, мимо глинобитных хибарок, мимо полей, задавленных камнями, мимо раскрытых домов, разрушенных снарядами, и чумной горы. Невыразимо печальная дорога вела когда-то в Одессе от города к кладбищу.

Старики уходят в город, читатель же возвращен на кладбище - и мир рассказа остается замкнутым, с кладбищем в центре и Одессой на периферии.

* Хорошие тексты все различны, и к каждому приходится подбирать, в конце концов, особенный ключ. Но начальные этапы анализа - "вход" в текст, первичное его обследование, нащупывание формы - могут и должны быть унифицированы.

Предложенное в этой статье прочтение двух рассказов Бабеля не было случайной находкой: в своей работе я опиралась на комплекс универсальных диагностических процедур, предназначенных для того, чтобы методически искать и обнажать текстовые структуры (как микро-, так и макро-уровней).5 Теоретическая разработка этой методики еще не закончена, но уже накоплен некоторый опыт по систематическому анализу художественного текста.

Как правило, текст, написанный большим мастером, в результате анализа предстает как слаженная система; детали текста, по видимости поверхностные и чисто стилевые, неожиданно оказываются функционально нагруженными и информативными.

Архитектура текста, сообщающая ему дополнительный смысл, часто вызывает недоверие читателей. Читателю трудно согласиться с открывшейся ему картиной осмысленной упорядоченности не только потому, что она не соответствует его представлениям о художественном творчестве, но и потому, что согласие неизбежно влечет за собой еще более трудный вопрос о том, в какой мере сознательно создавались эти искусные построения, - вопрос, на который даже сам автор не всегда может ответить.

Зная методы работы Бабеля, минимализм и скрупулезность его письм, вряд ли можно усомниться в том, что внутреннее устройство каждого из рассказов тщательно обдумано, и ювелирная их отделка - плод сознательной авторской работы. С гораздо бльшей осторожностью следует отнестись к "пересадке" раннего рассказа в поздний и к противоположно заряженным мотивам чуждости и оживления. Сквозь оба текста явственно просвечивает их инвариант; но был ли он осознанной целью автора - этого никак нельзя узнать без дополнительных, уже внетекстовых (может быть, мемуарных, биографических) свидетельств. До тех пор, пока таких свидетельств нет, глубинное сродство двух рассказов можно объяснить скорее воздействием ментального архетипа, нежели продуманной авторской стратегией.

Коллективная судьба евреев в России, их неустойчивое существование в притягательной и опасной близости к славянам - это неизменная болевая точка в творчестве Бабеля. Время от времени он позволяет своим героям шутить по поводу неудачного поселения блуждающего народа:

Об использованных здесь методах анализа можно получить некоторое представление из моих статей:

Langleben 1989a, 1994a (о направлении текста); 1989b (об уровнях чтения и о типах структур); 1995 (о мотивных структурах).

6 См. мои статьи Ланглебен 1989, 1991, 1992, Langleben 1994b, 1994c, 1999 (in press)... но ошибаются все, даже бог. Вышла громадная ошибка, тетя Песя. Но разве со стороны бога не было ошибкой поселить евреев в России, где они мучаются, как в аду? И чем было бы плохо, если бы евреи жили в Швейцарии, где их окружали бы первоклассные озера, гористый воздух и сплошные французы? Ошибаются все, даже бог. («Как это делалось в Одессе»), или предсказывает один из возможных результатов этой ошибки: истребление народаприживальщика в схватке хозяев земли между собой, уничтожение в грандиозных масштабах вселенской Катастрофы:

- Жид всякому виноват, - сказал он, - и нашему и вашему. Их после войны самое малое количество останется. Сколько в свете жидов считается?

- Десяток миллионов, - ответил я и стал взнуздывать коня.

- Их двести тысяч останется! - вскричал мужик и тронул меня за руку, боясь, что я уйду.

(«Замостье») Окончательная гибель евреев видится Бабелю не только в будущем, и не только от руки соседей: в двух рассказах о кладбищах она уже свершилась. Смерть народа наступает как имманентный результат его жизни на чужой земле.

* Я благодарна проф. Д.М. Сегалу и проф. Р.Д. Тименчику, которые при обсуждении моего доклада на тему этой статьи сделали ряд существенных замечаний.

БИБЛИОГРАФИЯ

Исаак Бабель 1991. Дневник 1920 года (конармейский), 362-435; в: И. Бабель. Сочинения.

том 1. Москва: «Художественная литература».

И. Бабель 1934. Рассказы. Москва: Государственное издательство «Художественная литература».

Бахтин, М.М. 1975. Формы времени и хронотопа в романе. 234-407, в: М. Бахтин. Вопросы литературы и эстетики. Москва: «Художественная литература».

Иванов, Вяч.Вс., Топоров, В.Н. 1974. Исследования в области славянских древностей.

Москва: «Наука».

Ланглебен, М.

1989. "Композиция рассказа И. Бабеля «Замостье» Russian Literature and History, ed. by W.

Moskovich, J. Fraenkel, V. Levin, S. Shvarzband; Jerusalem: The Hebrew Univ., 113Наказание мятежной природы: четыре фрагмента из 'Истории Пугачева' А.С.

Пушкина. Russian Literature (Amsterdam) XXIX-II, 176-203.

1992. Коробкин и Башмачкин ('Москва' А. Белого и 'Шинель' Гоголя). Славяноведение 6, 27-33.

1999 (in press). Срединный стержень в «Конармии» Бабеля: «Кладбище в Козине» и «Прищепа». Russian Literature (Amsterdam) Рыбаков, Б.А. 1988. Язычество Древней Руси. М: «Наука».

Солганик. Г.Я. 1973. Синтаксическая стилистика: Сложное синтаксическое целое.

Москва: «Высшая школа».

Степанов, Ник. 1928. Новелла Бабеля. 13-41 в: И.Э. Бабель: Мастера современной литературы. п/ред. Б.В. Казанского и Ю.Н. Тынянова; Ленинград: "Академия".

Фрейденберг, О.М. 1936. Поэтика сюжета и жанра. Москва: "Лабиринт", 1997.

Baak, Joost van. 1994. Isaak Babel's 'Cemetery at Kozin'. Canadian Slavonic Papers, 36:1-2, 69Dane, F. 1995. The Paragraph -- a Central Unit of the Thematic and Compositional Build-up of Texts. in: Organization in Discourse: Proceedings from the Turku Conference, ed. by B.

WDrwik, S.-K. Tanskanen and R. Hiltunen. Turku: University of Turku (Series:

Anglicana Turkuensia, vol. 14); 29-40.

Ehre, Milton. 1986. Isaac Babel. Boston: Twayn Publishers.

Eng, J. van der 1993. Red Cavalry: A novel of stories. Russian Literature XXXIII, 249-264.

Eng, J. van der 1984. 'The pointed conclusions as story finale and cyclic element in Red Cavalry'; In: B.A. Stolz, L.R. Titunik, L. Doleel (eds). Language and Literary Theory.

in Honor of Ladislav Matejka. Ann Arbor.

Falen, J. E. 1974. Isaac Babel: Russian Master of the Short Story. Knoxville: The Univ. of Tennessee Press.

Giora, R. 1983. Segmentation and segment cohesion: On the thematic organization of the text. Text 3:2, 155-181.

Hallett, Richard. 1973. Isaac Babel. New York: Frederick Unger.

Halliday, M.A.K., Hasan R. 1976. Cohesion in English. London: Longman.

Krajewska, M. 1982. Czas kamieni (Wstp: Anna Kamieska) Warszawa: Interpress.

Langleben, M.

1989a. M. Bachtin's notions of time and textanalysis; Russian Literature (Amsterdam) XXVI, 167-190.

1989b. The grades of reading; Text and Discourse Connectedness, ed. by M-E. Conte, J.S. Petfi and E. Szer; Amsterdam: J. Benjamins, 441-461.

1994a. Scanning and digesting the text: The direction of text and the direction of interpretation, in: Writing vs Speaking: Language, Text, Discourse, Communication, ed. by S.

mejrkov, F. Dane, E. Havlov; Tbingen: Gnther Narr Verlag. 259-265.

1994b. The Guilty House: A textlinguistic approach to the shortest prose by I.A. Bunin.

Elementa: A Journal of Slavic Studies and Comparative Cultural Semiotics, vol.1, No.3, 265-304.

1994c. 'А Hebrew Melody' by Byron and Lermontov: Persuasion by paradigm, In: Approaches to Poetry: Some Aspects of Textuality, Intertextuality and Intermediality, ed. by J.S. Petfi and T. Olivi. Berlin: Walter de Gruyter, 152-180.

1995. (with Daniel Langleben). Iterational structures in anomalous texts; in: Organization in Discourse: Proceedings from the Turku Conference, ed. by B. WDrwik, S.-K. Tanskanen and R. Hiltunen. Turku: University of Turku (Series: Anglicana Turkuensia, vol. 14), 329-340.

Longacre, R.E. 1979. The paragraph as a grammatical unit. T. Givn (ed) Discourse and Syntax.

Syntax and Semantics, 12, New York: Academic Press, 115-134.

Longacre, R.E. 1983. The Grammar of Discourse. New York: Plenum Press.

Luplow, C. 1982. Isaac Babel's "Red Cavalry". Ann Arbor: Ardis.

Polanyi, L. and R.J.H. Scha. 1983. The syntax of discourse. Text 3:3, 261-270.

Revival: Rubbings of Jewish Tombstones from the Ukraine. 1992. Department of Art History, Hebrew U. of Jerusalem & Jerusalem Theatre.

Irving H. Anelis. The heritage of S.A. Janovskaja. History & Philosophy of Logic, 8 (1987), 45- 56.




Похожие работы:

«Санкт-Петербургская духовная академия Библейское отделение Священник Димитрий Юревич Библейская археология Конспект лекций, читанных студентам I курса библейского отделения СПбДА в 20052006 уч. году В Версия 0.2 ниман ие! Этот конспект предназначен только для студентов I курса библейского отделения  СПбДА!  Зап рещае тся  любое копирование и использование этого конспекта  за  пределам и  СПбДА! Зап рещае тся любое публичное распространение этого конспекта без ведома и согла­...»

«Федеральное агентство лесного хозяйства ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ УНИТАРНОЕ ПРЕДПРИЯТИЕ «РОСЛЕСИНФОРГ» СЕВЕРО-ЗАПАДНЫЙ ФИЛИАЛ ГОСУДАРСТВЕННОЙ ИНВЕНТАРИЗАЦИИ ЛЕСОВ (Филиал ФГУП «Рослесинфорг» «Севзаплеспроект») ЛЕСОХОЗЯЙСТВЕННЫЙ РЕГЛАМЕНТ УЧЕБНО-ОПЫТНОГО ЛЕСНИЧЕСТВА ЛЕНИНГРАДСКОЙ ОБЛАСТИ Директор филиала С.П. Курышкин Руководитель работ, ведущий инженер-таксатор И.Б.Гамова Санкт-Петербург СОДЕРЖАНИЕ ВВЕДЕНИЕ Глава 1 ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ 1.1 Краткая характеристика лесничества 1.2 Виды разрешенного...»

«КРАТКИЙ ДОКЛАД О ВНЕДРЕНИИ ПРОТОКОЛА ПО ПРОБЛЕМАМ ВОДЫ И ЗДОРОВЬЯ В РЕСПУБЛИКЕ МОЛДОВА ЧАСТЬ 1: ОБЩИЕ АСПЕКТЫ Представьте краткую информацию о процессе установления целевых показателей в 1. Вашей стране, например какой (ие) государственный (ые) орган (ы) возглавляет (ют) и координирует (ют) соответствующую деятельность, какие государственные органы участвуют в этом процессе, каким образом обеспечивалась координация, какие существующие национальные и международные стратегии и законодательные...»

«1. Иенский романтизм Иенская школа. Центр романтического направления — в Германии, в малом, но славном (резиденция Шиллера, Фихте, близость Веймара) университетском городке — Иене, в деятельности «небольшого по количеству членов кружка литераторов и мыслителей, которые группируются вокруг братьев Шлегель», охватывающей ничтожный промежуток времени около четырех лет (1798—1802 г.г.) — «классический период» не только Иенского, но и всего романтизма. На периферии этого направления по одну сторону...»

«ОТВЕТЫ И КОММЕНТАРИИ к заданиям для 3–4 классов 1. В какой сказке А. С. Пушкина героиня из столбовой дворянки превратилась в вольную царицу? А «Сказка о царе Салтане» Б «Сказка о рыбаке и рыбке» Ответ: Б – «Сказка о рыбаке и рыбке». В о6еих сказках Пушкина, упомянутых в задании, происходят превращения, а среди героинь есть и дворянки, и царицы. Однако превращения старухи из «Сказки о рыбаке и рыбке» – одна из первых метаморфоз, с которыми начинающие читатели сталкиваются в литературе и одна из...»

«Джон Кэллос Железный человек есть в каждом. От кресла бизнес-класса до Ironman Издательский текстhttp://www.litres.ru Железный человек есть в каждом. От кресла бизнес-класса до Ironman: Манн, Иванов и Фербер; М.; 2011 ISBN 978-5-91657-143-1 Аннотация Вам не казалось иногда, что вы уже не можете вырваться из замкнутого круга «работа – дом», что жертвуете ради работы слишком многим и что ваш социум постепенно сужается? Не чувствуете ли вы, что заплываете жиром – физическим и ментальным? Вы можете...»

«Официальное издание Калининградской рабочей группы «93 in 39» и общества АЗОТ: http://a-z-o-t.com http://vk.com/practical_magic Приложение № 31. 16-31 мая 2013 e.v. (B/ C4.21 e.n.) ДЕВИ-МАХАТМЬЯ Сказание о величии Богини Адрес редакции: 236022, Калининград, ул. Нарвская, д. 17, кв. 11. Интернет: http://апокриф.com/, http://apokrif93.com/, http://vk.com/apokrif93, http://twitter.com/apocrypha_93, http://apokrif.bestpersons.ru/, http://pipes.yahoo.com/apokrif/info Форум:...»

«Проблема подростковой беременности в странах Восточной Европы и Центральной Азии «Беременность в юном возрасте может существенно изменить как настоящую, так и будущую жизнь девушки, и редко в лучшую сторону. Приходится бросать учебу, теряются перспективы будущего трудоустройства, возрастает риск нищеты, отчуждения и зависимости.» Бабатунде Осотимехин, Исполнительный директор ЮНФПА «Я решилась родить ребенка, чтобы почувствовать себя взрослой. Теперь я должна такой стать. Ради своего сына я...»

«Права лиц, переживших Холокост, проживающих в Израиле Claims Conference  The Conference on Jewish Material Claims Against Germany Права лиц, переживших Холокост, проживающих в Израиле Содержание Права, пособия и льготы, предоставляемые пережившим Холокост, правительством Израиля Часть А: 1. Новое пособие для людей, бывших в лагерях и гетто во время Второй мировой войны и не получающих пособия для переживших Холокост и подвергавшихся преследованиям 12 2. Новые льготы для получающих пособие...»

«УТВЕРЖДЕНО ЗАО «Идея Банк» Протокол Правления ЗАО «Идея Банк» 05.06.2013 № 46 ПРАВИЛА _ №_ г. Минск пользования личными дебетовыми банковскими платежными карточками ЗАО «Идея Банк» с изменениями, вступающими в силу с 15.01.2014г. (протокол от 15.01.2014г.), с изменениями, вступающими в силу с 06.02.2014г. (протокол от 05.02.2014г.) с изменениями, вступающими в силу с 09.04.2014г. (протокол от 09.04.2014г.) Настоящие Правила разработаны в соответствии с законодательством Республики Беларусь и...»

«Негосударственное образовательное учреждение высшего профессионального образования «Владикавказский институт управления» ОДОБРЕН УТВЕРЖДАЮ Ректор Ученым Советом ВИУ Протокол № 7 И.Д. Цопанов от «15» апреля 2014 г. «16»апреля 2014 г. ОТЧЕТ О САМООБСЛЕДОВАНИИ НЕГОСУДАРСТВЕННОГО ОБРАЗОВАТЕЛЬНОГО УЧРЕЖДЕНИЯ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ «ВЛАДИКАВКАЗСКИЙ ИНСТИТУТ УПРАВЛЕНИЯ» Владикавказ, 201 ОГЛАВЛЕНИЕ Введение Часть I. Аналитическая часть отчета 4 Раздел 1. Общие сведения об образовательной...»

«МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ Утвержден приказом Министерства образования и науки Российской Федерации от «»_200 г. № Регистрационный номер _ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБРАЗОВАТЕЛЬНЫЙ СТАНДАРТ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ по направлению подготовки РЕКОНСТРУКЦИЯ и РЕСТАВРАЦИЯ АРХИТЕКТУРНОГО НАСЛЕДИЯ Квалификация (степень) магистр реконструкции и реставрации архитектурного наследия Москва 2009 ОБЩИЕ ПОЛОЖЕНИЯ Направление подготовки «Реконструкция и реставрация...»

«ЕЖЕКВАРТАЛЬНЫЙ ОТЧЕТ открытого акционерного общества «Силовые машины ЗТЛ, ЛМЗ, Электросила, Энергомашэкспорт» Код эмитента: 35909-Н за 2 квартал 2005 года Место нахождения эмитента: г. Санкт-Петербург, ул. Ватутина, д. 3, Лит. А Информация, содержащаяся в настоящем ежеквартальном отчете, подлежит раскрытию в соответствии с законодательством Российской Федерации о ценных бумагах Зам. Генерального директора по стратегии и корпоративным вопросам (на основании доверенности № Ю-14 от...»

«ПРАВИТЕЛЬСТВО КУРГАНСКОЙ ОБЛАСТИ ДЕПАРТАМЕНТ ПРИРОДНЫХ РЕСУРСОВ И ОХРАНЫ ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ КУРГАНСКОЙ ОБЛАСТИ ДОКЛАД ПРИРОДНЫЕ РЕСУРСЫ И ОХРАНА ОКРУЖАЮЩЕЙ СРЕДЫ КУРГАНСКОЙ ОБЛАСТИ В 2008 ГОДУ Курган 2009 Природные ресурсы и охрана окружающей среды Курганской области в 2008 году. Доклад. – Курган, 2009. Редакционная коллегия: Шевелев В.П. (председатель), Банников В.А., Неволина З.А., Федотов П.Н., Огнева Н.А., Василюк Ю.Е., Коровина Н.А. ВВЕДЕНИЕ Настоящий Доклад стал десятым ежегодным...»

«ДОКЛАДЫ УЧАСТНИКОВ ПАРЛАМЕНТСКИХ СЛУШАНИЙ И.С. Алафинов, заместитель руководителя Федерального дорожного агентства (Росавтодор) Добрый день, уважаемые коллеги! Начну с того, как изменилась ситуация по сравнению с 2000 годом — годом отмены дорожных фондов. Общие расходы на дорожное хозяйство субъектов Российской Федерации и Российской Федерации в целом составили в 2000 году более 650 млрд. рублей, из них около 480 миллиардов субъекты Российской Федерации потратили на свою сеть и примерно 170...»

«Зимняя школа 2015: «Археология текста 4: видеть, слышать, читать» ОТЧЁТ Зимняя школа «Археология текста-4: видеть, слышать, читать»Организаторы школы: Южный федеральный университет (г. Ростов-на-Дону) Финансовую поддержку осуществлял Оксфордский Российский Фонд.Время и место проведения школы: 01 – 07 февраля 2015 года, г. Сочи, санаторий им. М.В. Фрунзе Концепция Школы: Зимняя школа «Археология текста-4: видеть, слышать, читать» является продолжением научно-образовательного проекта,...»

«Фронтовые объединения (фронты) – оперативно-стратегические объединения Красной Армии, предназначенные для выполнения стратегических и оперативно-стратегических задач на определенных стратегических и операционных направлениях. С началом Великой Отечественной войны на базе приграничных военных округов были созданы 5 фронтов. В дальнейшем с увеличением числа операционных направлений на советско-германском и советско-японском фронтах создавались новые фронтовые объединения. Всего же за время войны...»

«МИНИСТЕРСТВО РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ ПО ДЕЛАМ ГРАЖДАНСКОЙ ОБОРОНЫ, ЧРЕЗВЫЧАЙНЫМ СИТУАЦИЯМ И ЛИКВИДАЦИИ ПОСЛЕДСТВИЙ СТИХИЙНЫХ БЕДСТВИЙ МЧС РОССИИ «Главной задачей спасателей МЧС России является оказание оперативной помощи людям, попавшим в беду. С гордостью могу доложить: поставленную задачу мы решаем успешно!» Министр МЧС России С. К. Шойгу Авторы выражают благодарность за помощь, оказанную при подготовке и издании книги УЧЕБНИК СПАСАТЕЛЯ сотрудникам МЧС России: Р.X. Цаликову, М.М. Дзыбову, В.Д....»

«ПРАВИТЕЛЬСТВО БРЯНСКОЙ ОБЛАСТИ ОФИЦИАЛЬНАЯ БРЯНЩИНА Информационный бюллетень 37 (173)/2013 24 декабря БРЯНСК ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВО ЗАК ОН БРЯНСКОЙ ОБЛАСТИ О ВНЕСЕНИИ ИЗМЕНЕНИЙ В ЗАКОН БРЯНСКОЙ ОБЛАСТИ «ОБ ОБЛАСТНОМ БЮДЖЕТЕ НА 2013 ГОД И НА ПЛАНОВЫЙ ПЕРИОД 2014 И 2015 ГОДОВ» ПРИНЯТ БРЯНСКОЙ ОБЛАСТНОЙ ДУМОЙ 24 ДЕКАБРЯ 2013 ГОДА Статья 1. Внести в Закон Брянской области от 10 декабря 2012 года № 90-З «Об областном бюджете на 2013 год и на плановый период 2014 и 2015 годов» (в редакции законов Брянской...»

«ISSN (. ),,,,, –,, ( ),,,,, –.,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,,.,,,...»








 
2016 www.nauka.x-pdf.ru - «Бесплатная электронная библиотека - Книги, издания, публикации»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.